Обман

Принюхиваюсь, иду по следу, словно гончая, и на всякий случай уверенно беру сумку двумя руками. Если застукаю — то застукаю, буквально.

Марик дал мне ключи, так что все карты в моих руках.

Открываю, на цыпочках переступаю порог…

— Ты чего крадешься? — громким шепотом спрашивает Марик, который вырастает передо мной, словно призрак — перед должником.

И за его спиной — еще парочка.

Белая и черная.

— Да вот, женишок, решила поохотиться. — Выразительно смотрю на каждого из них.

Марик вытягивается по струнке, невидимыми чернилами подводит глаза боевой индейской раскраской, поднимает руку и басит:

— Удачной охоты, Бешеная лань.

Нет, ну вот как в него не влюбиться?"

"Но за Бешеную лань я с него еще спрошу по всей строгости. Возможно даже каким-то крайне неприличным способом. Потому что раз тест-драйв прошел хорошо, то «хороший кабриолет — нужно брать». Хоть в случае с Мариком, скорее уж «Феррари» из Формулы-1.

Я на всякий случай завожу руку за спину и незаметно щипаю себя за мягкое место, делая вид, что поправляю одежду. Если мысли утекли в сторону наших постельных игрищ, значит, не так уж я и зла, а это абсолютно точно не так, потому что прямо сейчас где-то в моих цепочках ДНК просыпается та крохотная часть, которая досталась мне от предков-людоедов. Точно от них, потому что сейчас я вижу перед собой не двух охотниц на чужого мужика, а Гламурную сосиску в тесте и пережаренную в солярии сухую Французскую вафлю. Руки чешутся сделать их низ непонятно гастрономическое блюдо, затолкать его в блендер и взбить до однородной массы, чтобы сцедить ее в канализацию через мелкое сито.

В общем, мои негуманные предки, раз уж во мне сейчас крайне силен ваш кровожадный голос, давайте постараемся сделать так, чтобы всякая говорящая от избытка ГМО пища перестала появляться на горизонте двух ЗОЖников[1].

— Кот из дома — мыши в пляс, — говорю я, разглядывая две вытянувшихся физиономии.

— Кот лучше уберется с линии огня, — разумно говорит Марик, и отходит в сторону. — Не очень зверствуй, Дикая лама, а то не хватит мешков для мусора, чтобы прятать трупы.

У Кукушки, кстати, крайне цветущий вид. Пока я сидела с ее ребенком и зарабатывала себе синяки под глазами, она спала жопой вверх, чтобы утром штурмовать амбразуру своим выдающимся бюстом. А он у нее правда ого-го, это даже я со своим вполне себе почти четвертым вынуждена признать. И это она еще грудью не кормит, а так была бы просто_мечта.

— Могу я узнать, что у вас тут за несанкционированный ведьмин шабаш? — крайне мягко интересуюсь я. Незачем пугать добычу, лучше усыпить ее бдительность и по легкому свернуть шею.

— Что она здесь делает? — кривит нос Рита.

— Я здесь вроде как у своего жениха, — без проблем отвечаю я.