Обман

Поэтому, пока она пытается понять, что конкретно меня насторожило в ее рассказе, я спускаю ноги со стула и иду открывать дверь, куда как раз настойчиво звонят.

Кому из небожителей я успел так насолить, а?

Почему я еще жив и активно дергаюсь, а стервятники уже слетаются по мою тушу?

На пороге, в полном боевом обмундировании и лицом под стать, стоит Рита.

— Привет, Марик, есть разговор.

Я даже не успеваю «поднять откидной мост», как вражеская кавалерия во главе с Белым генералом вторгается на мою территорию.

Глава тридцать пятая: Вера

Я нарочно ухожу из дома, хоть уверена, что даже Червинский справился бы с покупкой детской мебели. В последнее время он сделал гигантский скачок в моих глазах, и продолжает расти несмотря на то, что я нарочно придавливаю его всем весом своего скептицизма и банального неверия в перевоспитание.

Но мне нужно разобраться. Понять, что я буду чувствовать, пока он там, наедине с готовой к взрыву секс-бомбой. Безразличие? Досаду? Легкий дискомфорт?

А заодно проверить, что он будет делать, когда его будут брать штурмом.

Нисколько не сомневаюсь, что именно этим займется итальянка, как только выйду за порог.

В общем, это все очень странно и не поддается анализу даже моей собственной логики, но, если в двух словах: я хочу его спровоцировать, убедиться, что он — простой бабник, и все попытки представить передо мной в выигрышном свете — лишь удачная маскировка под хорошего парня. А заодно проверить себя. Понять, что у меня ничего нигде не пригорит. И что я не вляпалась ни в какую любовь.

Я честно выхожу из дома, сажусь в машину и говорю водителю Марика, куда меня отвезти.

Честно начинаю листать свой инстаграм и любоваться на всякие рельефные торсы и качков.

Очень честно проезжаю три квартала.

И меня клинит.

Словно на голову падает здоровенная глыба, и мой бедный череп превращается в тибетский колокол на какой-то их самой высокой горе.

— Поворачивай домой, — говорю водителю и для большей убедительности начинаю копошиться в сумке. — Я кошелек забыла, и карты, и вообще… Все забыла.

«Голову ты свою забыла», — подсказывает внутренний циник.

Признаю — очень плохой был план.

Да какой нормальный здоровый самец откажется от прыгающей ему на член бабенки без комплексов, тем более, уже «распробованной».

И то делать, если правда застану их в койке? Думать, что это была слабость или моя слишком удачная провокация, а если бы я была рядом, ничего бы не случилось?

Я выхожу из машины, еще более-менее спокойно поднимаюсь по ступеням, но стоит зайти в подъезд — несусь через ступеньку.

— Ну, Червинский, ну если ты только… — Не буду произносить вслух эту гадость.

Настораживает стойкий и очень удушливый запах духов на площадке.