Обещания и Гранаты

 — Неужели моя распутная маленькая женушка каждый день проводит в надежде, что ее трахнут?

Резкий, настойчивый стук раздается во входную дверь, эхом разносясь по коридору, как раз в тот момент, когда я засовываю палец в ее теплую, восхитительно влажную киску. Ее руки падают с моей шеи, вцепляясь в мои бицепсы, тревога наполняет ее черты, даже когда ее внутренние стенки сжимаются вокруг меня.

Я замираю, слегка наклоняясь вперед, прислушиваясь к шагам моей экономки.

— Марселин? — окликаю я, поворачивая голову, чтобы посмотреть через плечо, как будто это может дать мне какое-то представление о ее местонахождении.

— Эм, — пищит Елена, толкая меня в плечи. — Ты можешь не произносить имя другой женщины, пока твой палец внутри меня?

Я смотрю на нее сверху вниз, приподнимая бровь.

— Вовсе нет. О, Матео, это так чертовски приятно. Не надо…

Молниеносно вынимая указательный палец из ее киски, я оттягиваю ее голову назад и засовываю его ей в рот, прерывая ее.

— Я не могу убить его дважды, Елена. Ты уверена, что хочешь пойти по этой дороге?

Стук раздаётся снова, становясь все громче, и она надувает щеки, водя языком по моему пальцу. Из моего члена вытекает капля преякулята, когда всплывает воспоминание о том, как она заглатывала мою длину; она улыбается, наконец отпуская меня с чавкающим звуком, когда закончила.

— Я знаю, что тебе нравится содержать рабочее место в чистоте, — говорит она. — Инструменты и все такое.

Мой рот приоткрывается, чтобы что-то сказать, но стук не прекращается, глухой стук царапает мои нервы, как гвозди, скребущие по классной доске.

Запуская пальцы в ее волосы, когда знакомое раздражение укореняется в моем животе, прорастая, как сорняк, в когнитивную часть моего мозга, я резко вдыхаю и одновременно отпускаю ее.

Она моргает, ее левая грудь все еще торчит из рубашки, красная и влажная от моих губ.

— Ты не собираешься отвечать, не так ли?

— У меня не так много посетителей. Я вроде как думаю, что так и должно быть, нет?

— Верно, но… мы были в самом разгаре кое-чего. Разве они не могут навестить нас в другой раз?

Обычно я бы сказал «к черту» и проигнорировал стук, но добавьте к этому предательство ее родителей и мое устранение низкорангового Риччи солдата — но солдата, тем не менее, — и я склонен верить, что любой, кто посещает мой дом, находится здесь с недобрыми намерениями.

Никто, кроме Джонаса и Марселин, не знает, что это место принадлежит мне. Даже телефон, который я настроил для Елены, сообщает о ее местонахождении на северной оконечности острова — это специальная функция, которой его оснастили ребята из «Айверс Интернэшнл».

Протянув руку, я ущипнул ее за подбородок, заставляя посмотреть на меня снизу вверх.

— Иди наверх, разденься догола и забирайся в постель.