Няня из Чайноботтам

Они с констеблем переглянулись и вошли в дом. Дверь за ним закрылась.

Проникновение удалось, но вечер между тем не перестал быть гадким и разочаровывающим.

Фонарь над дверью погас…

…Чиркнула спичка, газовый рожок на стене загорелся. Доктор Доу задул свою переносную лампу, после чего спрятал ее в саквояж.

– Вы уверены, что зажигать свет безопасно? – спросил Хоппер.

– Напоминаю вам, констебль, что здесь нет окон – снаружи его не увидеть. К тому же нам нужно осмотреться – предпочитаю не наталкиваться на предметы в потемках.

Вытянутая прихожая упиралась в дверь гостиной, рядом с ней располагались лестница, ведущая на этажи, и арка, за которой проглядывала небольшая кухня.

– Там, в углу кухни, спуск в винный погреб, – пояснил Шнырр Шнорринг. – А в погребе люк, через который я и поднялся.

Доктор с досадой отметил обильное покраснение на лице бродяги и исходящий от него характерный запах.

– Полагаю, вы по достоинству успели оценить что-то из коллекции хозяина дома.

Хоппер заскрипел зубами, и Шнырр поспешно затараторил:

– Так я… Это… Ну, для храбрости…. Сами понимаете…

– В гостиную заходили? – спросил доктор.

– Нет! – воскликнул Шнырр как-то уж слишком поспешно. – Я сразу пошел к двери, чтобы вас впустить.

Очевидно, бродяга лгал, но сейчас, впрочем, было не до того. Не став допытываться, доктор первым вошел в гостиную, его спутники последовали за ним.

Глядя на этот дом снаружи, ни за что нельзя было представить его обстановку.

У хозяина имелся вкус, так же легко угадывалась его тяга к красивым и дорогим вещам. Интерьеры, к удивлению доктора, больше подошли бы какому-нибудь представительному особняку в Сонн, чем серому недоразумению в Тремпл-Толл. Мог бы возникнуть резонный вопрос, откуда у старшего сержанта из полиции столько денег, если бы речь не шла о человеке, который, по мнению многих, возглавлял самую опасную и многочисленную банду между каналом Мух и каналом Брилли-Моу.

Гостиная была вполне во вкусе доктора Доу, хоть избыток стоящей в ней мебели и создавал ощущение тесноты. Все здесь словно пропиталось налетом старины, величественности и мрачности: и мебель, и картины, и ковер, и камин. Панели на стенах были выполнены из темного дерева, возле них стояли шкафы со множеством резных дверок и ручками в виде вороньих лап; такие же лапы украшали ножки дивана и пары кресел с темно-красной полосатой обивкой.

– Весьма приметный гарнитур, – отметил доктор. – Я знаю его.

– Откуда? – удивился Хоппер.

– Он был продан на аукционе около пяти лет назад. Я выписываю каталог лотов из аукционного дома «Розен и Фердио» – давно присматриваю себе подходящую лампу на журнальный столик.