Непокорная невеста

Возьми любые ножницы из лотка, но будь осторожна, они все очень острые.

– Насколько коротко нужно стричь?

– Оставь длину примерно в дюйм.

Из-под полотенца послышался жалобный голосок Безила:

– Не хочу, чтоб меня обкорнали.

– Я знаю, что это дело не из приятных, – словно извиняясь, сказала мальчику Гаррет, – но придется еще немного потерпеть.

Безила посадили на металлический табурет, Кассандра надела длинный белый фартук, но когда увидела, как он тревожно нахмурился, улыбнулась и, нежно убрав несколько спутанных прядей с его лба, пообещала:

– Я буду очень осторожна. Хочешь, я тебе спою? Мы с сестрой Пандорой сочинили песенку под названием «Поросенок в доме»."

"Безил обрадованно кивнул, и Кассандра затянула смешную и до нелепости торжественную песенку о проделках двух сестер, которые пытаются спрятать своего любимого поросенка от фермера, мясника, повара и местного сквайра, большого охотника до бекона. Напевая, она не забывала работать ножницами, и длинные пряди падали в ведро, которое держала Гаррет.

Мальчик внимательно слушал, время от времени посмеиваясь над несуразными, забавными словами. Потом Кассандра пела «Мой пес думает, что он цыпленок», «Почему лягушки скользкие, а жабы сухие».

Если бы Северин был способен влюбиться, то был бы поражен в самое сердце, наблюдая за леди Кассандрой Рейвенел, которая пела мальчишке-оборвышу серенады и одновременно приводила в порядок его голову, причем очень умело.

– Как быстро она с ним поладила, – вполголоса заметила Гаррет, явно в восторге от происходящего.

У Кассандры был свой подход ко всем людям. Особенно к нему. Еще никогда в жизни Том не чувствовал себя настолько одурманенным женщиной, и это ввергло его в шок.

После того как леди Рейвенел закончила стричь и причесала Безила, Кассандра отошла на шаг назад, чтобы оценить результат критическим взглядом, и спросила:

– Ну как?

– Превосходно! – воскликнула Гаррет.

– Боже мой! – удивился Том. – Оказывается, под этой лохматой нечесаной гривой скрывался очень симпатичный мальчик!

Спутанные патлы исчезли без следа, явив миру аккуратную голову на тощей шее и маленькие уши. Теперь, когда глаза Безила не выглядывали из-под нестриженой гривы, они казались вдвое больше.

С видом человека, уставшего от жизни, мальчик испустил тяжкий вздох и спросил:

– А таперича что?

– Нужно принять душ, – ответила Гаррет. – Я помогу тебе.

– Что-о-о? – возмущенный до глубины души, воскликнул Безил. – Ни в жизнь!

– Почему же?

– Вы же девчонка! – он взглянул на Тома, словно ждал поддержки. – Не дам ей смотреть на мою пипку.

– Я не девчонка, а врач, – мягко поправила его Гаррет.

– У нее титьки, – сообщил Безил Тому, явно раздраженный, что приходится объяснять очевидное. – Значит, она девчонка.