Непокорная невеста

Я знаю, что сейчас тебе все равно, но когда-нибудь… Черт побери, Безил, стой спокойно! Кассандра! – нетерпеливо крикнул Том из-за занавески, – в вашем репертуаре есть какие-нибудь банные песни?

Она тут же начала напевать «Не все утки любят лужи». К облегчению Тома, Безил успокоился."

"Усердно намылив и ополоснув мальчика три раза, Том вымыл ему голову шампунем из буры, пока темные пряди не засверкали чистотой. Когда они закончили, брюки и рубашка Тома спереди промокли, а с волос капала вода. Он завернул порозовевшее тело мальчика в полотенце, поднял его и отнес к табурету.

– У меня такое чувство, будто я боролся со стаей обезьян, – признался Том, стараясь выровнять дыхание.

Гаррет рассмеялась, вытирая полотенцем волосы Безила:

– Вы проделали отличную работу, мистер Северин!

– А как же я? – запротестовал мальчик. – Ведь обезьяны – это ж я!

– И ты молодец, – похвалила его Гаррет. – А теперь потерпи еще немного: надо вычесать погибших насекомых и гниды специальной расческой.

– Я пожертвую лишнюю тысячу фунтов на благотворительность по вашему выбору, – поспешил сказать Том, – если вы заодно почистите ему зубы.

– Хорошо.

Том отвернулся, провел рукой по волосам и потряс головой, как мокрая собака, и тут же услышал смех.

Кассандра поспешила к нему с сухим полотенцем:

– Вот, возьмите.

– Спасибо, – Том взял полотенце и резкими движениями вытер волосы.

– Боже мой, вы так вымокли, будто сами приняли душ!

Другим полотенцем она промокнула его лицо и шею, потом потянулась к взъерошенным влажным волосам, чтобы пригладить.

Том замер, позволив Кассандре суетиться вокруг него. Он с удовольствием принимал эти небольшие знаки внимания, словно от заботливой жены, вот только его тело под влажной одеждой покрылось испариной и спокойствие куда-то улетучилось. Том посмотрел поверх ее головы в сторону Гаррет: та стояла к ним спиной, старательно расчесывая волосы Безила.

Его взгляд вернулся к лицу Кассандры: он запомнит каждую ее улыбку, каждый поцелуй и будет хранить их как самые дорогие сокровища. Эти несколько секунд – все, что у них есть, все, на что он может рассчитывать. Не теряя времени, Том быстро наклонился и нежно, но уверенно, по-хозяйски завладел ее губами – не до витиеватых манерностей было.

У Кассандры перехватило дыхание, и она в растерянности разомкнула губы.

Он целовал ее с такой нежностью, которую не смог бы выразить словами, и ощущал отклик каждой клеточкой тела, как будто ее сладкий вкус впитался в его плоть и кровь. Но эти волшебные мгновения пролетели, и Том отстранился.

Влажные щеки Кассандры порозовели, губы чуть припухли и стали еще ярче. Он чуть коснулся ее опущенных век, шелковистых и хрупких, с трепещущими ресницами, напоминавшими нежные перышки.