Непокорная невеста

"

"– Вот как? – буркнул он, не подумав, и тут же мысленно себя отругал.

Черт побери, теперь он, как собачка, выпрашивает подтверждение ее обещаний. Кто бы мог предположить, что она способна взять такую власть над ним! Именно этого он и боялся с самого начала.

Кассандра, безошибочно определив перемену в настроении Тома, без колебаний потянулась к нему, вцепилась в лацканы пиджака и, поднявшись на цыпочки, поцеловала, развеивая все страхи и опасения. Он ответил со всем пылом, на который был способен, ощутив новую волну возбуждения. Мышцы напряглись, легкие заработали с удвоенной силой, а самообладание, которым он так гордился, затрещало по швам. Его одолевало множество чувств разом, словно кто-то перемешал целую палитру красок. Сущее безумие!

Когда наконец их губы разомкнулись, а прерывистые вздохи смешались, Кассандра посмотрела ему в глаза и твердо проговорила:

– Я хочу быть с тобой и своего решения не изменю. Если мы намерены научиться доверять друг другу, то самое время начинать.

Глава 18

– Все, что мы можем, – только дать совет, – сказал Девон Кассандре на следующий день. – Решение за тобой.

– Ну зачем ты ей это сказал? – раздраженно буркнул Уэстон.

Девон бросил на младшего брата саркастический взгляд:

– А что не так? Разве не ей решать?

– Только не в этом случае! Ты же не позволил бы ей танцевать на краю железнодорожной платформы после пары бокалов бренди?

– Я столько не выпью, – возразила Кассандра, – и еще не сошла с ума, чтобы танцевать на краю платформы.

– Я говорил не в буквальном смысле, – сказал Уэстон.

– И все равно ты искажаешь положение дел: намекаешь на то, что я не знаю, что творю, хотя на самом деле разбираюсь в ситуации лучше тебя.

– Не могу с тобой согласиться… – начал было Уэстон, но, когда Феба ткнула его локтем под ребра, замолчал.

Почувствовав необходимость вырваться из стен Рейвенел-хауса, когда после бурного обсуждения столь непростой темы атмосфера в библиотеке накалилась, как кипящий чайник, Девон, Кэтлин, Уэстон, Феба и Кассандра вышли на прогулку по Гайд-парку.

Получив накануне телеграмму от Девона, Уэстон и Феба прибыли в Лондон первым же поездом из Эссекса. Ни для кого не стало сюрпризом, что Уэстон неимоверно разозлился на маркиза Рипона и его сына за то, что посмели оклеветать члена семьи Рейвенел.

Остальные должны были приехать к ужину, но пока Кассандре хватало и Уэстона с Девоном, поскольку оба были категорически против ее намерения выйти замуж за Тома Северина. Кэтлин в отличие от мужа рассматривала такую возможность, а Феба заняла позицию строгого нейтралитета.

– Что сказали остальные? – задал вопрос Уэстон голосом генерала, оценивающего готовность войск к сражению.