Несостоявшийся граф

Один беспроволочный телеграф чего стоит! Да и картечницы твои в походе на Геок-Тепе себя недурно показали.

– Служу царю и отечеству, – мрачно отозвался Дмитрий.

– Да неужто! – язвительно отозвался император. – А бессудные расправы тебя кто уполномочил творить?

– Эти люди были причастны к покушению на вашего отца!

– Знаю! Оттого ты и не под судом до сих пор. Но теперь уж как хочешь, а терпеть подобного я не намерен!

– Так больше и не надо.

– Что ты имеешь в виду?

– Террористы закончились. Я имею в виду тех, кто участвовал в том покушении на государя. Да вот только… отчего он умер?

На какое-то мгновение Александр помрачнел, но затем справился с переживанием и глухо ответил:

– У моего отца было большое сердце, болевшее за каждого из его подданных. Четыре дня назад оно не выдержало.

– Мне жаль, – не нашел другого ответа Дмитрий.

– Жаль ему, – покачал головой император, потом, очевидно, что-то для себя решив, продолжил нетерпящим возражений голосом: – Вот что я тебе скажу, Будищев. Человек ты хоть и полезный, но все мои ближайшие помощники отчего-то злы на тебя. А коли я твою натуру правильно понял, через это может много крови пролиться. Но для меня и государства эти люди во сто крат нужнее, чем ты, тут уж не обессудь. Посему отправляйся-ка, брат, в отставку.

– Благодарю, ваше величество!

– За что же? – удивился царь, явно не ожидавший такой реакции. – Или ты не желаешь мне служить?

– Честно говоря, государь, меня Лорис-Меликов заставил заняться охраной вашего отца. Я не хотел этого назначения, а теперь не хочу еще больше. Ни службы, ни наград, ничего!

– И признания отца, а также титула? – прищурился император.

– Посмотрите на меня, ваше величество, ну какой я граф?

– Пусть будет так, – кивнул царь. – Не хочешь быть графом, твоя воля! Но без награды я тебя отпустить не могу. Сначала о делах прошлых. За дело на Бендесенском перевале Скобелев тебя против правил наградил пятым знаком военного ордена. Следовало бы заменить его на орден Святого Георгия четвертого класса, да он уже есть. Третий же класс подпоручику не по чину, а посему жалую золотым палашом с надписью «За храбрость». Что же касается спасения государя, то вот от него остался портрет.

С этими словами Александр протянул Будищеву небольшой овальный медальон с изображением покойного теперь уже императора в мундире гвардейского флотского экипажа. Для ношения на орденской ленте сверху было предусмотрено кольцо, а по ободку шел ряд мелких бриллиантов.

– Можешь гордиться, – продолжил государь, – не всякий адмирал такую награду имеет.

Что следует говорить в таких случаях, Дмитрий не знал, а потому принял знак монаршего благоволения молча.

– От меня же прими следующий чин, с ним в отставку и выйдешь.