Нам нельзя

Если вы позволите мне вытянуть новый билет…

— Ты издеваешься, Вероника? Я давал тебе почти месяц, чтобы выучить предмет, а ты пришла ко мне нулевая.

Он опускается в высокое кресло и презрительно смотрит на меня своими маленькими глазками. Мы с ним не поладили с самого первого дня, хотя он давно знает моего отца. Можно сказать, что это по протекции Льва Борисовича меня приняли в вуз.

— Я сообщу родителям, Крылова. Хватит кормить меня завтраками.

Сначала я расстраиваюсь, конечно, но потом мне звонит Глеб и я обо всём забываю. Приходится прогулять следующую пару, чтобы вдоволь с ним наговориться. Он спрашивает, как мои дела, о себе почти не рассказывает. Я пытаюсь уловить, что происходит у него на заднем фоне, но получается с трудом. Там голоса мужчин. Возможно, его сослуживцев. Глеб рассказал мне вчера, что находится за три тысячи километров от нашего города. Я сверилась по карте и почему-то подумала, что это где-то на Северном Кавказе. Опасно там и нелегко, поэтому я теперь волнуюсь за его жизнь ещё сильнее."

"Мы разговариваем чуть больше получаса. В наших диалогах ничего о будущем — только настоящее. Сложно что-то загадывать, когда мы друг от друга настолько далеко, хотя мне, как мечтательной девушке, очень хочется. Для начала примерить на себя образ его верной женщины, которая будет всегда ждать, а потом и жены. Я хотела бы от Воронцова детей. Не одного, много. Уже сейчас.

Как только он улетел, я по глупости купила тест на беременность. Мы почти всегда предохранялись, но где-то в груди теплилась надежда, что защита нас подвела. Бывает же такое? Скорее всего, Воронцов обрадовался бы новости о моей беременности. Он любит детей, а я люблю его, но выполнив все необходимые инструкции, я горько усмехнулась — на тесте была одна чёткая полоска. В тот же день у меня начались месячные, которые окончательно разбили мои девичьи мечты.

Глеб обещает перезвонить завтра. Просто сказка! Я завершаю вызов, выбрасываю стаканчик с недопитым кофе и иду на выход из университетской столовой. Сегодня у меня съёмка love story в красивой тематической студии.

В тот же день я заболеваю. Повышается температура, и горло болит. Наверное, это всё же последствия того, что вчера в клубе я стояла на морозе раздетая. Глеб будет злиться, если узнает об этом, поэтому, засыпая, я решаю ничего ему не говорить.

Я сплю до обеда, пропускаю занятия и просыпаюсь лишь потому, что слышу вибрацию своего телефона. Искусно врать у меня, к сожалению, не получается: голос сонный и сиплый, поэтому Воронцов сразу же меня раскусывает.

— Не делай так больше, — просит он меня.

— Больше не буду. Просто разговаривать в клубе у меня не получилось бы. Там слишком шумно.

— Перезвонила бы позже, Ник.