Любовь против (не)любви

 Часть первозданного замысла

Раненых ещё вчера разместили как в обеденном зале дома Айви, так и в комнате на задворках, где жили те парни Роба, что происходили не из этой местности. Бранвен шла, оглядывала каждого по очереди — и казалось, что даже цвет лица у них становился более приличным. Кто-то пытался говорить любезности, кто-то просто таращил глаза, кто-то спал, кто-то был без сознания.

— Олвен, Крейри — в меньший покой, — кивнула она юным девам, и те безропотно туда пошли. — Кэтрин, подойди. Почему мне кажется, что у тебя ни крошки с утра во рту не было?

— Потому что так и есть, — пожала плечами Катерина.

— Ступай, поешь, и приходи, ты нужна. Кто у вас тут вообще за лекаря?

— Я, госпожа, — Джоан уже была бодра и нацелена на результат.

— Отлично, иди сюда, тоже будешь помогать.

И дальше их полевой госпиталь снова заработал на полную катушку. Шили, мыли, перевязывали. Бранвен погружала в сон одним лишь взглядом, и говорила Катерине:

— Ты тоже так можешь. Смотри, — брала её за руку и предлагала понять, что она делает.

С какого-то по счёту раза Катерина начала понимать. Взглядом у неё не выходило, Бранвен говорила — нужно тренироваться, и выйдет. Пока получалось — касанием, рукой. И то хлеб. Увы, сращивать ткани, как это делала Бранвен, или хотя бы фиксировать, ей было не дано, но — она могла многое сделать просто руками. Тьфу, почему в этом дурацком мире так редки обученные специалисты? Чему учат в университетах, они же вроде есть? Медицинские факультеты должны быть!

Катерина даже спросила Бранвен — раз опытные целители так нужны, почему их так мало? Почему нельзя подготовить специалистов в университете в нужном количестве?

— А ты знаешь, чему их там учат, в университете? — усмехнулась Бранвен. — Увы, целителем не стать без способностей, а вот на медицинский факультет попасть намного проще. Заплатил за обучение — и всё. И слушай про холод, жар, влагу и сухость, из которых состоит всякий человек. Я, конечно, не знаю, человек-то может и состоит, — усмехнулась она, — но если приглядеться, то мы увидим плоть и кровь, мясо и кости, и связки, и внутренности — ровно как у всех живых существ, — как раз в этот момент она снимала повязку с живота Тома Бойла, парня из робова отряда, памятного Катерине ещё по путешествию из Телфорд-Касла в Торнхилл."

"Запах из-под повязки заставил двух помогавших девочек побледнеть и убежать на улицу. Катерина зажмурилась, зажала нос и присмотрелась. Бранвен ловко убирала из очень неприятной раны что-то, очевидно лишнее.

— Счастливец этот ваш мальчик — не так много внутренностей задето.