(Не) Желанная герцогиня

Быстрее бы уже доехать, отдохнуть, распределить ресурсы и только потом начинать расспросы. Но, как известно, хочешь рассмешить бога — расскажи ему о своих планах.

— Мама!

Раздавшийся детский крик словно пробудил вулкан…

Конечно, нашу кавалькаду из карет и телег только бы слепой не заметил. Нас встречали, да, но вот такого я не ожидала вовсе.

— Мамочка! Папа!

Детское разноголосье меня, кажется, добило.

— Это что же, они уехали строить новую жизнь, оставив своих детей здесь? — тихо спросила Люси.

Я потребовала остановить карету.

— Ты не о том спрашиваешь, Люси, — возразила Интена. — Никто из них и слова не сказал о своих детях. Ни единого.

И вот тут она была абсолютно права. Потому меня так и перекосило, потому меня и накрыло. Мы ехали без малого два вехима! А ведь до этого переселенцы проделали такой же путь, еще и в Придорожье были прилично времени. Но никто из этих баб и мужиков ни разу не заявил о том, что у них есть дети.

Я не видела ничего странного в том, что взрослые, уезжая в города работать, искать новое жилье, на время оставляли детей на родителей в деревнях. Так бывало. Да что там… Бывало, что всю жизнь служили вдалеке и детей вовсе не видели долгие годы. Но вот посылки отправляли, передачки, деньги…

А тут — ничего, никаких упоминаний о подобных планах. Какое там… Даже мое предложение купить необходимое в их дома (разумеется, с последующей отработкой) никак не проявило того, что они заботились о ком-то, кроме себя. Понятно, что о сладостях вряд ли бы кто подумал (хотя тоже не факт, леденцы в продаже имелись, петушки на палочках, засахаренные фрукты), но вот ткань на одежку, ленты там пестрые в волосы дочкам…

Застыв, считай, посреди дороги, я смотрела на то, как три бабы, стоя на коленях, прижимали к себе чумазых и таких худых детей, и у меня мушки перед глазами плясали."

"Людей-то в этой деревеньке оказалось не так, чтобы много. И почти все — либо дети, либо старые люди! Лишь парочка молодух нашлась, и тоже неясно было, в чем душа-то держится! Худые были неимоверно!

— Тирхан, простите меня за просьбу, но я не могу ее не озвучить… Их нужно осмотреть, всех. А лекарь у нас только Вы.

— Ваша светлость, я не откажусь помочь несчастным.

Я просто не могла понять происходящего. Земли — богатые. Люди — худые. Мало того — на них было оказано весьма жесткое ментальное влияние. Ведь эти женщины явно не сами про детей-то забыли! Сейчас вот точно вспомнили, рыдают, голосят. Но до того…

Чертовщина какая-то! И в ней необходимо разобраться.

— Ваша светлость! Ваша светлость! — кинулась ко мне одна из женщин, которая ехала со мной из Придорожья. — Ваша светлость, пустите нас вперед. В Глиняшках дочь моя.