Бунтари не попадают в рай

Что, если распахнешь душу, а тебе в нее плюнут? Привязанности – это, конечно, хорошо, но нередко бывает так, что самые счастливые люди – одиночки.

– Я знаю, тебя пугает неизвестность, – словно прочитав мои мысли, добавляет Глеб и чуть сильнее стискивает мою руку. – Но давай все же попробуем? Если не ради будущего, то хотя бы ради настоящего. Ради здесь и сейчас. Ради нас с тобой, Стелла.

Его взгляд горит огнем и в буквальном смысле плавит скребущие душу сомнения. Ну как тут устоять? Как остаться верной своим принципам? Тем более, что в присутствии Глеба эти самые принципы начинают казаться идиотскими и нелепыми. Он прав, кому нужно абстрактное завтра, когда судьба подсовывает под нос такое аппетитное сегодня?

– Хочешь, чтоб мы стали парой? – я приподнимаю бровь и улыбаюсь.

– Ну, необязательно парой, – парень поддерживает мои игривый тон. – Мы можем стать партнерами по безумствам или…

– Друзьями с привилегиями? – подхватываю я, желая его раззадорить.

– Какие мы к черту друзья? – смеется Глеб, а потом заговорщически понижает голос. – Да и банальных привилегий мне будет явно мало.

С этими словами он обхватывает мои колени и нежным, но в то же время властным движением разводит их по сторонам. Хотя в этом жесте слишком много личного, я не сопротивляюсь, позволяя ладоням парня скользить вверх по моим бедрам и, очертив таз, сойтись на пояснице.

Отчего-то рядом с Глебом непременно хочется быть податливой и мягкой, словно пластилин. То ли дело в его природном магнетизме, то ли в моей стремительно крепнущей уверенности в том, что он как никто другой сможет вылепить из меня нечто по-настоящему прекрасное.

Удивительно, но, проболтав с ним целый час, я ни разу не почувствовала ни злости, ни раздражения, ни желания натянуть защитную маску. А для меня это, сами понимаете, редкость – в последнее время я отвыкла от нормального искреннего общения.

– Тогда чего ты хочешь? – спрашиваю я, ощущая, как голос против воли дрожит.

– Тебя, – затягивая меня в пучину своих синих глаз, отвечает Глеб. – Со всеми твоими плюсами и минусами.

Мне важно, что он это сказал. Честно. Потому что любить человека за достоинства до смешного легко, а вот принятие недостатков требует куда большей осознанности. Не знаю, может, это глупо, но мне хочется верить, что Глебу нужна не просто картинка, которую я транслирую во внешний мир, а я сама. Такая, какая есть. Сложная, вздорная, со скверным характером и непримиримыми тараканами в голове.

– А как же Егор? – уточняю напоследок, хотя лично для себя я уже все решила.

По лицу парня пробегает едва уловимая тень, и на несколько секунд он плотно поджимает губы.

– Я поговорю с ним. По-мужски, – вздохнув, отзывается Глеб. – Он поймет. Должен понять.