( Не ) мой ребенок (СИ)

Может, поэтому так активно откликнулась на мои ласки?

— Мне можно, — нагло ей отвечаю. — Это же мой ребенок.

Мирослава вся подбирается, прищуривает глаза и строго шипит:

— Я не согласна быть вашей любовницей!

Ох ты гордый воробей! Несогласная она.

— Да я и не просил… — пожимаю плечами.

Снова тянусь к куче одежды, натягиваю на себя штаны, рубашку, пиджак.

Мне любовница не нужна — это факт.

Я не из тех, кому доставляет удовольствие жонглировать женщинами. Переспал с одной, побежал к другой, третью пальцем поманил, а четвертая уже за углом мерещится. Ну нет, это не по мне. Это же сколько времени на них на всех надо? Его у меня попросту нет.

Да и, что греха таить, Мирослава мне слишком нравится. После нее уходить к жене? Нет, я на такое не способен. Врать, что-то там из себя изображать… Ненавижу лицемерие в любом его проявлении. И тратить энергию на всю эту ерунду не собираюсь.

Быстро повязываю на шее галстук, поворачиваюсь к Мирославе.

— В качестве любовницы ты мне абсолютно неинтересна, — говорю ей с непроницаемым выражением лица.

— Тогда зачем вы… то есть мы…

— Это был порыв, — пытаюсь ей объяснить.

— И что теперь? — не успокаивается она. — Мы про это забудем, и все?

Последний вопрос она задает чуть ли не с надеждой. Неужели и правда думает, что так просто сможет от меня избавиться? Э-э нет, я на такое решительно не согласен. Не знаю, как она, но лично я забыть то, что между нами случилось, попросту не в силах. И ей не советую.

— Есть предложение получше, — говорю с улыбкой. — Давай съедемся?

— Ну уж нет! — охает Мирослава.

И этим своим «нет» больно меня цепляет.

— Почему нет? — спрашиваю с прищуром.

— А о своей жене вы подумали? — охает она. — Куда вы ее денете? Запрете в кладовке?

А ведь малышка права. Надо сначала разобраться со своей жизнью, и уже потом делать ей подобное предложение.

— Мирослава, я сейчас уйду, а ты пока ни о чем не переживай, ладно? Мы поговорим более детально, когда я решу все нюансы.

— Какие такие нюансы? — не успокаивается она.

— Не забивай свою красивую головку ненужными мыслями, — говорю, подходя к ней почти вплотную. — Я все решу.

С этими словами обнимаю Мирославу, прижимаю к себе. Она охает, не знает, как реагировать на мою близость, но хотя бы больше не пытается отстраниться. Наклоняюсь и ловлю ее губы своими.

Мой вишневый мармелад… Моя вкусная девочка. Она даже пахнет этим мармеладом!

Тут же жалею, что успел одеться. С каким удовольствием я бы сейчас повторил то, что мы делали в постели…

Я с раннего детства учился решать вопросы следующим образом: быстро, качественно, радикально.

Там, где другие будут долго и тщательно мять булки, я все разрулю в три минуты или даже быстрее, причем максимально эффективно.