( Не ) мой ребенок (СИ)

Мне кажется или она выдыхает с облегчением? Впрочем, выражение ее лица очень быстро меняется на страдальческое.

— Ты ведь это все не всерьез, да? Скажи, Глеб…

Шумно вздыхаю и отвечаю:

— Мы с тобой когда-то договорились, что, если кто-то из нас пойдет налево, честно друг другу говорим и разбегаемся. Вот, я все честно сказал…

Она не дает договорить, выставляет вперед ладони и начинает тараторить:

— Глеб, ну сходил ты налево, с кем не бывает, зачем же сразу развод? Я, так и быть, готова тебя простить…

Отказываюсь понимать, что у этой женщины в голове. Я ведь вроде бы не просил прощения.

— Я уже все решил, Анжела. Я договорился с одной риэлтерской конторой в Питере, тебе в ближайшее время подберут двухкомнатную квартиру в пределах суммы, которую я им озвучил. А пока ищут, ты поживешь в гостинице. Собери самое необходимое, я купил тебе билет на завтра. Деньги на курсы и квартира — это мой тебе прощальный подарок.

— Откупиться хочешь? — прищуривает глаза она. — Я не поняла, ок, курсы, квартира, а жить я на что должна, прости?

От ее наглости у меня отвисает челюсть.

— Я обеспечиваю тебя жильем, оплачиваю дорогие курсы. Как по мне, это и без того щедрый подарок.

Видимо, она так не считает.

— У нас в договоре прописаны алименты! — визжит Анжела.

На это я невольно хмыкаю.

— Алименты прописаны при условии, что ты родишь мне ребенка. Ты родила? — спрашиваю с прищуром. — Или я по умолчанию должен содержать тебя до конца жизни?

Готов поклясться, именно так она и думает, хотя вслух эти мысли все же не высказывает.

— Ой, вот не надо этого тыканья, — пыхтит жена. — Получишь ты своего ребенка от драгоценной сурмамочки… Моя задача, считай, выполнена, я яйцеклетку сдала. Ребенка, так и быть, можешь забрать себе, а алименты мне заплати, пожалуйста…

Потрясающая нахалка! Как знал, когда не брал ее яйцеклетку, как знал.

— Открою тебе страшную тайну, милая, — говорю не без удовольствия. — Ты не являешься биологической матерью ребенка, которого носит Мирослава.

— Т-то есть как? — Теперь уже приходит очередь Анжелы ловить отвисающую челюсть.

— Меня беспокоили твои проблемы с бесплодием, а также диабет. Я подумал, что ребенку лучше иметь более здоровый генофонд, и использовал для оплодотворения донорскую яйцеклетку. Пожалуй, я должен был давно тебе об этом сказать, извини меня за то, что ввел в заблуждение.

Чем дольше говорю, тем более диким становится выражение ее лица.

— Глеб, ты обалдел? — пищит Анжела. — То есть ты хотел, чтобы я чужому ребенку вот этими вот руками меняла памперсы, нос подтирала? Ты в своем уме? Ну ты и урод…

Единственное, что ее волнует в свете открывшихся фактов — что я хотел навесить на нее неприятные обязанности.