Назови меня своей

Следом потянулась ещё одна мысль, что моё деликатное состояние почти сошло на нет, и сегодня вечером… Может быть… Моё дыхание участилось при мысли, что ко мне опять будут прикасаться вампиры, и не только прикасаться, и фантазия тут же развернула картинки, весьма далёкие от приличных, от которых кровь понеслась по венам огненным потоком.

— Лёля! Ты всё? — выдернул из сладких мечтаний нетерпеливый голос Сабрины, и я усилием воли загнала проснувшееся желание поглубже.

— Да, я готова, — вышла обратно в спальню и снова подверглась пристальному осмотру маленькой вампирши.

— Отлично, — вынесла она вердикт и добавила. — Ты прямо красавица, Лёля, неудивительно, что дяди за тебя трясутся, — несносный ребёнок ухмыльнулся и подмигнул. — Всё, пойдём, пока солнце за деревья не ушло, — Сабрина схватила меня за руку и потянула к выходу из спальни.

Гостья захватила внизу мольберт, отмахнувшись от моих попыток ей помочь, и понесла сама — девочка оказалась неожиданно сильной для своих лет, но я напомнила себе, кто она, и успокоилась. Мы вышли из дома и направились по дорожке в дальнюю часть парка, к тому самому прудику, с недавних пор вызывавшему у меня весьма волнительные воспоминания. Те же садовые качели, розовые лотосы, ажурное кружево листвы над головой, пение птиц и общее состояние умиротворения — похоже, этот уголок станет одним из моих любимых для отдыха.

— Снимай туфли и садись, — скомандовала Сабрина, устанавливая мольберт и вынимая из сумки складной стульчик.

Закрепив бумагу, достав карандаш — для наброска, я так поняла, — девочка подошла ко мне и усадила так, как ей надо было.

— С ногами заберись и ложись, — Сабрина одёрнула юбку, чтобы она красиво свисала с края качелей — и заодно в кружевной вставке просматривался чулок на моей ноге. — Вот, да, так. Теперь подопри голову рукой, — я послушно сделала, как велела начинающая художница.

Она же, отойдя на шаг и окинув ещё одним изучающим взглядом, вдруг дёрнула за шнуровку, распуская её. Я ойкнула, моя рука метнулась к краям выреза, но возмущённые слова замерли на губах — Сабрина шикнула и несильно стукнула по пальцам.

— Лёлька, я знаю, как лучше! — категорично заявила она и строго уставилась на меня. — Убери руку, положи её на бок и не двигайся, — последовало указание, а ловкие пальцы Сабрины чуть расширили вырез, совсем ослабив шнуровку. — Вот, отлично, — она довольно кивнула и отступила. — Так и лежи. Думай о чём-нибудь приятном и смотри в небо, или на деревья, — вампирша махнула рукой себе за спину. — И старайся поменьше шевелиться.

Я тихонько вздохнула, скосила глаза на вырез, который почти не скрывал мою грудь, отметила, что сквозь тонкую ткань совершенно бесстыдно просвечивают соски.