На воле

– Вячеслав Тимофеевич, все в порядке.

– Ну-ну, – недовольно буркнул Сократ и, опираясь на руку Помидора, вышел из машины. – Побудь пока здесь, – повернулся он к шоферу. – Я тебя позову.

– Понял.

Невысокий, но очень плечистый, в длинном светло-коричневом плаще, с раскованной походкой, Сократ производил впечатление уверенного в себе и сильного человека. По обе стороны от него шагали телохранители. Помидор предупредительно распахнул перед хозяином калитку. Сократ не удостоил Помидора даже взглядом, – работа у парня такая, за это и бабки получает нехилые, – и уверенно шагнул во двор. Позади раздался скрип – это второй телохранитель прикрыл за собой калитку.

Прогремевший взрыв выбил стекла в целом квартале. Помидора разорвало на куски – окровавленные ошметки разлетелись по всему двору. Другого, долговязого с тяжелой челюстью, взрывная волна швырнула прямо на Сократа. Именно это спасло авторитету жизнь.

Несколько мгновений, показавшихся ему вечностью, Сократ ожидал выстрелов. Он даже прикрыл глаза, чтобы не увидеть направленного ему в голову автоматного ствола, но от установившейся тишины звенело в ушах.

Долговязый был необычайно тяжел. С каким-то преувеличенным интересом он что-то рассматривал на серой брусчатке, и Сократ даже не сразу сообразил, что долговязый мертв. Он спихнул с себя мертвеца и, пошатываясь, поднялся на ноги.

На том месте, где еще минуту назад лежала смятая баночка из-под пива, образовалась воронка глубиной в полметра.

Навстречу Сократу бежал шофер с вытаращенными от страха глазами. Голова его казалась неимоверновытянутой, и Сократ никак не мог сообразить, в чем дело – какой-то дикий оптический фокус. Шофер что-то кричал, размахивал руками, но Сократ его не понимал, и только когда тот приблизился вплотную и ухватил его за руку, Сократ разобрал слова:

– Вячеслав Тимофеевич, в машину!"

"Початок обхватил Сократа левой рукой, его правую руку закинул себе на плечи и поволок хозяина в сторону машины. Сократ едва шел, ноги его почти не слушались. Он ожидал, что позади прогремит очередь, но не услышал ничего, кроме стука крови в висках.

– Вячеслав Тимофеевич, еще немного, еще один шаг, – умолял шофер.

Сократ едва переставлял ноги, чувствуя, что силы его иссякают с каждым пройденным метром.

– Вот так, осторожненько, – бормотал шофер, укладывая Сократа на переднее сиденье.

– Что со мной, Саша? – простонал Сократ и не услышал собственного голоса.

– Потерпите, Вячеслав Тимофеевич.

– Куда везти, знаешь?

Шофер тяжело плюхнулся за руль, повернул ключ зажигания, и машина рванулась с места.

В себя Сократ пришел только к концу вторых суток. Контузия давала о себе знать: в голове так стучало, словно его лупили кувалдами по макушке.