Индульгенция 4. Без права на сомнения

Никак свита нашей прЫнцессы? Ну-ну, стойте.

Так, что у нас по расписанию? Ага. Лекция по пустошам. Это не просто полезно, а жизненно важно. Тем более, что я собираюсь туда наведаться в ближайшее время. Просто на разведку — ничего такого. В Дикой уже был, все прошло нормально. Теперь надо посетить и обычную. И насчет учебы порешать — я просмотрел предметы и темы, что тут дают. Абсолютно неинтересно. У светляков я хоть сейчас все экзамены могу сдать. А вот с темными есть пара новых для меня моментов. Но уверен, Навка их лучше объяснит. Лучше духа первого порядка Нави никто о тьме не знает.

На территории академии толпы студентов — на меня иногда оглядываются, но особого внимания я не привлекаю. Моих нигде нет, так что топаю сам. Даже не заметил, как вокруг меня образовалось небольшое кольцо людей с нашивками Мранных. Черт, вчера же хотел типа собрание провести. Нехорошо получилось.

Лекционный зал встретил нас шумом, криками, какими-то разборками. Не обращая внимания, я полез наверх — туда, где сидел в прошлый раз. Моих не было.

А нет, вон, Настя нарисовалась — быстрый взгляд, нашла меня и ринулась занять место рядом, пока не опередили.

— Мы вчера тебя обыскались, — клюнув губами в щеку, уселась рядом.

— Старушка целый день искала очки, которые у нее были на носу.

— Ну да, как-то не догадались посмотреть за домом. Думали, на тебя снова напали.

Появился Гиви, под руку с Лесей, о чем-то болтающий с ней. Оба довольны — видать, все у них получилось.

Влетела Танька — глаза выпучены, явно торопилась. Уселась рядом, делая вид, что обижена.

Света вплыла в помещение как царица — равнодушно на всех посмотрела и села недалеко от нас. Двое ее сопровождающих подобно церберам расположились на дистанции одного сиденья. И явно приготовились рвать любого, кто попытается приблизиться. Интересно, это ее папочка постарался, или они сами, по велению, так сказать, светлого сердца в рыцарей играют?

Преподаватель ворвался как тайфун — вот только никого не было, а вот он уже стоит перед нами, напряженный, будто ожидая боя. Высокий, почти под два метра ростом, неестественно худой, с лицом изборожденным морщинами.

— Меня зовут Александр Андреевич Колыванцев! — рявкнул он так, что мгновенно наступила тишина. — Я буду вести у вас самый, наверное, важный предмет в академии — историю Пустошей. Все вы там в скором времени окажетесь. Поэтому, если не хотите сдохнуть в первый же день, советую внимательно меня слушать.

Представьте… Нет, не представляйте. Вспомните. Вспомните древние карты, что вы не раз видели дома. Те, что висели в учебных залах богатых городов или пылились в сундуках деревенских старцев. Широкие дороги, жирные линии торговых путей, словно вены по телу здорового великана.