Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Прошли вдоль ряда замерзших иллюминаторов надстройки, и Тирбах живо дернул в сторону какой-то рычаг на двери. Далее прошли по короткому коридору и спустились по трапу ниже.

Миновав еще один маленький коридорчик, Ермаков открыл нормальную дверь и вошел в теплый салон. Именно салон — слева и справа по бортам иллюминаторы, довольно большое помещение, освещенное тусклым электрическим светом. Именно электричеством — за эти дни Константин полностью отвык от него.

— Кучеряво живете, моряки. Завидую, — Ермаков снял папаху и перчатки, а казачью бекешу расстегнул. Хоть и тепло внутри, но не настолько, чтоб раздеваться. Осмотрелся — неплохо устроились водоплавающие. Два дивана, кресла, зеркало, какие-то шкафчики, пара столов. Точно салон. — Тьфу ты, так вы тут печкой отапливаетесь, — Ермаков углядел справа обычную буржуйку, в чреве которой мелькали красные сполохи, а труба была выведена в иллюминатор.

— Уголь бережем, один котел под парами держим и динамо гоняем. Когда ход дадим, намного теплее будет, Константин Иванович, — в салон вошел Тирбах, услышав последнюю тираду ротмистра.

— Ясно, — только и смог ответить Ермаков и присел на диван. Рядом на столике была пепельница с окурками и коробок спичек. А потому ротмистр достал папиросы и закурил, предложив лейтенанту сделать то же самое. Тот, не чинясь, взял папиросу и задымил.

— Вижу, с табаком у вас худо. Скажу интенданту. Он вас на довольствие поставит, в том числе на табачное и денежное. Команда-то большая? И кто здесь капитан?

— Команда гражданская, речного флота, из сорока пяти человек. Капитан тоже речник, на ледоколе ходит долго, его фамилия Базилевский. Сейчас спит в каюте.

— Ага, — Константин не сдержал восклицания, — а из военных кто на борту? Орудия еще не устанавливали?

— Комендант штабс-капитан Годлиевский Кирилл Федосеевич, с ним 14 солдат. Пушки Кане начнем устанавливать завтра, на баке и юте. Еще ближе к юту два орудия в полтора дюйма побортно. Сегодня крепления под Кане подведем и железными листами борта погребов укрепим да рубку.

— Монитор получится? — полюбопытствовал Ермаков.

— Борта с дюймовой стали, пуля и осколки не пробьют даже в упор. Если щиты к орудиям приспособить да экипаж до полного штата в 80 человек довести, то нормальная канонерка получится — по 4 пушки и пулемета, вот только водоизмещение изрядное — три с половиной тысячи тонн.

— Так в чем же дело? Какая помощь нужна? Нужно готовить корабли к походу на Иркутск Одна ваша «Ангара» может своей артиллерией половину Глазково стереть вместе с мятежниками…

— Она не пройдет по Ангаре — там глубины до десяти футов, а у нее осадка на шесть больше…

— Черт! — план рассыпался в клочья, испустив струйки дыма, и Ермаков не сдержал себя. Прахом пошло все его начинание.