Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Без него здесь ни один иркутский выдвиженец не разберется, будь он генералом семи пядей во лбу. Должность походного атамана многое позволить может, очень многое. Сейчас казачество увеличивают, и Прокопий Петрович из Иркутска сообщил сегодня, что делают сие по инициативе Арчегова. А ведь более полумиллиона казаков будет, пятая часть от всего населения. И с ним считаться будут не менее, чем сейчас. Или даже более, если учесть омскую историю. А потому надо немедленно согласовать действия с атаманом Оглоблиным, его помощь нужна как никогда…

Иннокентьевская

— Я настаивал на безусловной выдаче чехословацким корпусом российского вагонного парка. Обосновывая тем, что в нем острая нужда для эвакуации беженцев и для нормального функционирования железной дороги, — министр финансов Михайлов был возбужден, щеки покраснели, движения стали быстрыми и резкими.

Ермаков им любовался — каким все же молодым был Иван Андрианович. Но уже министр и с блеском провел столь трудные переговоры с Советом послов. А ведь там те еще зубры, не одну собаку съели на дипломатическом поприще. Но переговорили их, убедили, действуя по трем криминальным принципам, оказавшимся годными и для дипломатии.

Константин долго втолковывал министрам постулат «не верь, не бойся, не проси», принятый в российских тюрьмах. Упирая на то, что за наиболее непримиримыми послами просто нет реальной силы. Тем более что всего за считаные часы до переговоров, используя «разделяй и властвуй», удалось перетянуть на свою сторону японцев и нейтрализовать американцев и англичан согласием выплатить часть долгов Российской империи золотом Колчака. Но долги долгами, а предложение закупать военную технику и корабли только и исключительно в одних САСШ, тем самым как бы уравновешивая японские притязания, возымело определенное действие. И посол Гаррис, на что и рассчитывали русские, повел себя соответственно — чехи чехами, но интересы собственной страны важнее…

Второй переговорщик, в отличие от «злого» и резкого Михайлова, был также молодым, но «добрым» и ушлым — именно Яковлеву удалось сломить сопротивление чехов и французов. Вернее, не сломить, а купить…

— Когда Павлу заявил, что значительная часть имущества куплена у населения, я понял, что перелом произошел — тем самым чех признал, что большая часть добра ими награблена. Тут надо было их ломать, и…

Я предложил выкупить данные грузы, если, по недостатку вагонного парка, союзникам не удастся их вывезти, все же им давали вчетверо меньшее число эшелонов от прежних. И когда Гирс заломил цену, я понял, что мы их победили. Они начали торговаться, значит, воевать не станут, и вопрос только в цене, — Яковлев не скрывал победной, но презрительной улыбки.