Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Подготовиться получше к войне успеваем, — пробормотал атаман, продолжая разглядывать казармы.

Здесь, на 1-й казачьей улице нельзя разместить более трех конных сотен, но как раз столько же и входило в состав полка, вместе с пулеметной командой. Четвертую сотню развертывали лишь в военное время из льготных казаков. В этом было отличие от прежнего порядка, когда каждый кадровый полк был полностью укомплектован и состоял из шести сотен. Вот и вся реорганизация — поделить прежний полк надвое, а из льготного полка 2-й очереди выдернуть две сотни.

Вроде шило на мыло поменяли — сотен столько же, но полков три вместо двух. Но дело в том, что льготу 3-й очереди упразднили, почти целиком переведя казаков в запасной разряд — такое облегчение от службы было встречено станичниками с ликованием.

Еще бы — или двадцать лет царскую службу нести, или пятнадцать — есть разница?!

В самом Иркутске, кроме 1-го полка, в «Красных казармах» неподалеку, расквартировали пластунский батальон с конно-артиллерийской батареей, вполне достаточная сила, чтобы больше не произошло всякого рода «случайностей, вроде „майских“».

Была еще гвардейская сотня, укомплектованная только «природными» казаками, но входила она в состав 1-го лейб-гвардии сводно-казачьего полка, что дислоцировался в Омске.

В мятежном ранее, но уже усмиренном шахтерском Черемхово разместили в новых казармах 2-й Иркутский казачий полк, набранный в большей массе из ангарских бурят — на них революционная агитация совершенно не действовала."

"Свершилось то, о чем Оглоблин мечтал все годы — теперь в мирное время иркутское казачество выставляло не одну сотню, как ранее, а десять — семь конных, включая гвардейцев, и три пластунов. И, кроме того, свою артиллерию и четыре пулеметных команды. Целая бригада, если с новыми мерками подходить!

Да и войсковое население увеличилось также на порядок. Почти весь Иркутский уезд чисто казачьим стал, да 2-й отдел ИКВ занял порядочный кусок территории на стыке трех уездов — Нижнеудинского, Балаганского и Черемховского. Вполне приличное получилось войско, равное Амурскому и Уссурийскому, вместе взятым…

Оглоблин медленно шел по натоптанной людьми дорожке на Ушаковку. Он взял за правило ходить каждый день на речку, делая и небольшую прогулку и заодно наблюдая за Ниной Юрьевной Арчеговой, что проводила на лавочке на берегу почти все время.

Жена военного министра в самые ближайшие дни должна была разрешиться от бремени, и казаки, уважая и любя ее мужа, усилили пригляд за женщиной, правда, скрываясь при этом.

Атаман неспешным шагом прошел через кусты и тут же наткнулся на лавку с резной спинкой.