Мужья для ведьмы, или Покажите мне всех!

Брат даже не обратил внимания на гибель одной из своих драгоценностей. Судя по витающему в воздухе давлению, он и сам был бы не против спалить что-нибудь дотл

Но все взгляды были устремлены на письмо. Одну жалкую бумажку, способную разрушить все.

Дверь в каминный зал тихонечко скрипнула, и за спинами мужчин земель Арт Ти-ера послушались легкие босые шаги. Они приближались и, замерев лишь на расстоянии пары шагов, умолкли, добавляя тоски и боли в широкие мужские сердца.

Девушка немного сконфуженно вышла вперед, сцепив тонкие пальчики в крепкий замок и снедаемая неуверенностью сесть рядом с кем-то из них. На ней было неожиданно домашнее платье из легкой струящейся ткани, а непослушная копна была небрежно заколота одной длинной шпилькой, удерживая волосы в пушистом пучке.

— Не стой на холодном полу.

Отмерев первым, Коул протянул к девушке руку, и та, немного помедлив, все же приняла ее, позволяя коту усадить себя на мягкий подлокотник кресла, в котором сидел.

Сжав ладонью изящные ступни, пантера прогонял подкрадывающийся к ним холодок, а взгляд вновь вернулся к черноте зияющих букв, что сейчас казались еще более беспощадными, чем секунду назад.

Держать Дару так близко, а потом лишиться этой возможности? Немыслимо!

Звериная душа металась внутри черепа, разрывая перепонки диким рычанием. Пантера готова была кусать его изнутри, выгрызть все живое из его тела, только бы добраться до пары и никому, никогда, ни за что не позволить отнять ее.

— Что-то случилось? — девушка повторила свой вопрос, так и не дождавшись ответа, и взволнованно прикусила губу.

Да, этот червячок паники уже начал прогрызать в ней брешь, угрожая утопить девушку в волнах страха и ужаса. Чувствуя внутренностями нарастающее волнение, Коул больше не мог стерпеть переживаний пары и резко, словно желая порвать глупую бумажку, подхватил письмо, покрутив лист в пальцах.

— Это пришло час назад. Тебе. Мы все прочли, прости.

— Мне? От кого? — перехватив бумагу из сильных рук, Дара удивленно выгнула красивые брови и опустила глаза в текст. — Хм…

Все ждали реакции. Ждали ее так громко и обреченно, что деревянный подлокотник под ладонью Рассела начал тлеть, смешивая свой дым с копотью камина.

Дочитав, Дара молча положила письмо на подрагивающие коленки и уставилась в стену, кусая губы. Ее взгляд был потерянным, расфокусированным, а душа металась между страхом и предвкушением. Коул не знал, о чем эти чувства, но ощущал их так ярко, что хотелось заскулить.

Пальцы, согревающие прохладные ножки, сжались сильнее. Едва сдерживая животное сопение, Коул почувствовал, как хрустнули маленькие косточки от его хватки.