Муссон

— Ты его нашел? Где?

— В крепости. Я разговаривал с ним через окно.

— Бог мой! — прошептал Хэл, забыв о своем гневе. — Как он?

— Очень испуган, но вреда ему не причинили. Он прикован к стене в одной из камер на северо-западной стороне крепости.

Хэл задумался. Потом сказал:

— Сейчас мы ничего не можем для него сделать. Надо вернуться на корабль. — Он сильно сжал плечо Тома. — Ты хорошо поступил, Том, но больше никогда не нарушай мои приказы. — Он встал и помог встать Тому. — Обопрись на меня. Идем.

Почти весь остаток ночи ушел на то, чтобы через лес добраться до южной оконечности острова. И хотя лодыжка сильно болела, Том вслух тревожился об Аболи.

Каждые полчаса они останавливались и прислушивались, пытаясь уловить шаги Аболи или звуки погони, но было тихо.

Луна склонялась к Африканскому материку, когда они наконец вышли на открытое место к птичьей колонии. К этому времени лодыжка Тома распухла, как свиной пузырь, и Хэл наполовину тащил сына.

У них под ногами скрипели и лопались яйца, птицы, поднявшись вокруг черным облаком, кричали и кружили над ними в лунном свете, ныряли и клевали их в голову, но Том и Хэл надели шапки.

— Закрой глаза, — велел Хэл, и они руками начали отбиваться от птиц. — У них клювы как копья.

— Люди аль-Ауфа за мили услышат этот шум.

Наконец сквозь крики птиц они расслышали прибой у берега бухточки и с трудом преодолели последние несколько ярдов. Хэл увидел на песке, на том месте, где оставил ракеты, темное пятно.

— Слава Богу! — выдохнул он, потому что оба были без сил. Но тут же в тревоге воскликнул: — Берегись! Засада!

Из темноты появилась большая черная фигура. Хэл толкнул Тома на песок и обнажил саблю.

— Почему так долго, Гандвейн? Через час рассвет, — заговорил из темноты Аболи.

— Аболи! Бог тебя любит!

— Шлюпка ждет сразу за прибоем, — сказал Аболи и поднял Тома на руки, как ребенка. — Не пускай ракету. Она встревожит врага. Идемте, пора отсюда уходить.

Он свистнул, резко и высоко, и с темного моря донесся ответный свист. Потом Том услышал скрип весел в уключинах: Большой Дэниел привел за ними баркас.

Темной безлунной ночью „Серафим“ приближался к острову. Прошло два дня с высадки Тома и Хэла на остров и бегства с него."

"„Серафим“ неслышно прошел последнюю милю, и по тихому приказу Хэла рулевой развернул корабль по ветру. „Серафим“ лег в дрейф. Хэл подошел к подветренному борту и прислушался. До него долетал слабый, но несомненный шум прибоя на пляжах острова Флор-де-ла-Мар.

— Мы в миле от берега, — подтвердил оценку Хэла Нед Тайлер.

— Спустить шлюпки! — приказал Хэл. — Оставляю корабль на вас, мистер Тайлер. Оставайтесь на месте и ждите сигнала.

— Есть, капитан. И удачи, сэр.

Шлюпки уже стояли на открытой палубе.