Муссон

Одна за другой они повисали за бортом и снижались к воде. Быстро и неслышно вооруженные люди спускались в них и занимали свои места на гребных банках.

Хэл направился к борту и лестнице. Его поджидал Том. Он опирался на костыль, изготовленный плотником.

— Я хотел бы пойти с тобой, отец! — выпалил он. — Я с радостью отрубил бы себе ногу ради возможности это сделать.

И он в досаде ударил по палубе костылем. Доктор Рейнольдс заявил, что хотя кость не сломана, Том много недель не сможет ходить.

— Да, нам пригодились бы твои сильные руки, Том, — ответил Хэл. Он простил непослушание сына, которое подвергло их такой опасности.

— Ты попробуешь отыскать Дорри?

— Ты ведь знаешь, мы только нападаем на корабли в заливе. После той ночи аль-Ауф знает, что мы на взморье, и его люди начеку. Без преимущества внезапности нам не взять крепость с таким небольшим количеством людей.

— Меня тревожит то, что эти свиньи делают с бедным Дорри.

— Меня тоже, но когда мы захватим или сожжем корабли аль-Ауфа, он застрянет на острове. И не сможет сбежать с Дорианом. А когда вернется на „Йомене“ капитан Андерсон, у нас будет достаточно сил, чтобы штурмовать крепость. Пока же приходится довольствоваться малым.

— Молю Бога, чтобы „Йомен“ быстрей вернулся.

— Да, парень. Молись! Это никогда никому не мешало. А мы подкрепим твои молитвы порохом и сталью, — мрачно сказал Хэл и спустился в ожидающий баркас.

Они отошли от борта „Серафима“. Флотилию вел Хэл на переднем баркасе, Большой Дэниел командовал вторым, а Уил Уилсон — двумя шлюпками. За ними „Серафим“ убавил паруса, готовясь долгие часы ждать возвращения моряков.

Весла шлюпок были обмотаны, экипажам строго приказано при подходе к острову соблюдать тишину. Хэл вел баркас по компасу, все время прислушиваясь к звукам прибоя. С каждым разом прибой грохотал все громче, а потом человек на носу показал вперед.

Хэл поднялся на заднюю мачту баркаса и увидел яркие огни лагеря под стенами крепости. Он сразу понял, что течение отнесло их к югу, и изменил курс, чтобы через проход в кораллах попасть в залив.

Хэл чувствовал нервное напряжение команды баркаса. Морского воина всегда особенно привлекает возможность захватить корабль, стоящий на якоре в безопасном месте. Такие смелые предприятия были специальностью англичан, новшеством, введенным Дрейком, Фробишером и Хокинсом.

У Хэла хватит людей для захвата только двух стоящих в гавани кораблей. Они с Аболи тщательно изучали их с берега, и хотя было темно, луна позволяла сделать выбор.

Прежде всего, конечно, „Минотавр“. Хотя в руках корсаров корабль пришел в плачевное состояние, к тому же серьезно пострадал в короткой схватке с „Серафимом“, это все равно была очень ценная добыча.