Ассирийский мушаркишу

Особая точность не нужна, лишь бы ультрафиолетовые лучи попали на то место, которое я выбрал, не слишком поздно, пока не затопчут мою инсталляцию. Шляясь от скуки в окрестностях Лахиша, я поиграл в геолога и случайно нашел минерал виллемит (ортосиликат цинка) желтовато-белого цвета. Ювелирная ценность низкая, потому что хрупкий. Мог бы использоваться для промышленного получения цинка, но встречается слишком редко. Мне много не надо. Прихватил с собой, чтобы дома получить латунь, а пригодился минерал для другого дела. При попадании на него коротковолновых ультрафиолетовых лучей начинает светиться или, выражаясь по-научному, люминесцирует светло-зеленым светом. Я растер его днем в порошок, половину которого и насыпал на полу храма бога Яхве в виде трех букв финикийского алфавита, которым пользуются иудеи. В нем двадцать две буквы. Все согласные. Гласные подразумеваются по смыслу. Мои три согласные обозначали слово «заплати».

После чего я двинулся в обратную сторону. В это время появилась луна, стало светлее. В узкой части улицы дорогу мне перебежала кошка. Ночью они все серые, но эта, видимо, была черной.

Я наткнулся на патруль на перекрестке. Впереди шел долговязый воин с факелом, а за ним две пары, вооруженные копьями и кинжалами, но без щитов. Услышал их заранее, поэтому встал в проем в дувале, где была дверь в дом. Понадеялся, что пройдут дальше, а они остановились на перекрестке и начали решать, куда идти дальше: факельщик предлагал прямо, кто-то со скрипучим голосом — направо, в мою сторону, кто-то с занудным — вернуться. Во втором случае мне придется пробежаться, потому что заметят сразу. Я поддерживал факельщика предлагавшего оптимальный вариант для меня, и готовился к рывку по кривой улице. Победил третий. Я сразу вспомнил слова одной своей знакомой из двадцатого века, женщины битой во всех смыслах слова, что проще дать зануде, чем отказать ему.

Подождав, когда они удаляться от перекрестка, я вышел на него. Мне желательно было в ту же сторону, куда шагали они, но это стрёмный вариант. Я решил рвануть через стену прямо здесь. На той стороне ее можно передвигаться спокойно. На башне не спали, переговаривались с издевкой о патруле, прошедшем внизу. Как я понял, в нем служили обеспеченные горожане, которые за ночь делали всего пару коротких ходок, после чего спали в караульном помещении. Видимо, зануда решил, что на эту ночь они выполнили свои обязанности, и остальные четверо патрульных согласились с ним. Их лень избавила меня от многих проблем.

По внутренней стороне стены я поднялся без специальных средств. Перевалив через парапет, ползком одолел сторожевой ход поперек, залег у зубцов, доставая веревку без мусингов.

— Там кто-то есть, — послышалось на башне.

— Где? — спросил другой голос.