Безумная кепка Мономаха

Я с сомнением покосилась на Кононову, та неожиданно улыбнулась:

– Небось бабы тебе про меня невесть что натрепали: ходит, качается, иногда в овраг падает. Верно, случается такое, только это от болезни, у меня сердце барахлит, иногда колотиться перестает или, наоборот, частит, вот и шлепаюсь оземь, голова сильно кружится. Я у врача на учете, мне инвалидность дали. Думаю, все мои болячки от того приключились, что отец меня в детстве все время бил чем ни попадя. Оттого я и согласилась за Алексея замуж выйти, мама присоветовала, думала, дочке лучше будет. А чего получилось? Совсем плохо.

– Похоже, у вас тяжелая жизнь, – вздохнула я.

Ирина сложила руки на коленях.

– Да нет, как у всех. Уж извини, надо бы чаю гостье предложить, но заварка кончилась.

– Здесь есть магазин? – оживилась я.

– На станции, – кивнула Ирина.

– Вы не уйдете?

Ирина засмеялась.

– Так некуда.

– Сейчас вернусь, – пообещала я и ринулась к машине.

Через полчаса я принесла сумку, набитую продуктами. Ирина всплеснула руками.

– Ну, прямо Новый год!

– Надо же нам познакомиться, – приветливо закивала я, ставя на стол бутылку водки. – Ведь целую осень бок о бок жить станем.

Ирина слегка нахмурилась.

– Ты чего, никак закладываешь? Тогда не пущу! Хватит, пожила с алкоголиками…

– Нет, нет, это для знакомства.

– Сказано, не пью.

– Я тоже.

– Зачем тогда пузырь?

– Ну… так положено.

Кононова решительно сунула водку назад в пакет.

– На, забирай, а за колбасу с сыром спасибо."

"– Крепко, видно, вас муженек достал, – сказала я, – даже смотреть на выпивку не можете.

Ирина налила в чашки кипяток и, тыча ложкой в чайный пакетик, тихо призналась:

– Да нет, муж мой как раз не пил. Это моя семья такая была, сплошь бухальщики. Алешка просто ничего делать не хотел, целыми днями спал.

– Зачем же в жены к нему пошли? – удивилась я.

Ира отложила ложку.

– Выбора не было, Олег до смерти забить мог. Знаешь, как я с родителями жила?

– Нет, конечно, – вздохнула я. – Тяжело было с ними, да?

Хозяйка отхлебнула чай.

– Да ничего особенного, в Прюкове половина таких. Могу рассказать, если не спешишь.

Я закивала. Хозяйка, очевидно, соскучившись по общению, завела историю.

…Ира с раннего детства боялась отца. Едва в глотку Олега попадала капля спиртного, как мужчина становился неуправляемым. Доставалось всем: и маме, и бабушке, и младшему брату Косте. Отец имел на редкость тяжелую руку, одного шлепка хватало, чтобы Ира теряла сознание. С младенчества девочка при виде Олега забивалась в самый дальний угол немаленькой родительской квартиры, но тот хотел дубасить именно дочь и не успокаивался, пока не находил ребенка. Костя получал от отца колотушек намного меньше.