Вторая молодость Фаины (СИ)

В следующих письмах Вышинский сообщил о сложившейся ситуации Анне Игнатьевне, о том, что дочь выжила, и потребовал вернуть ему деньги. Дотянуться из Петербурга до Парижа он, видимо, не мог, но Анна Игнатьевна пообещала ему, что, в случае надобности, сыграет свою роль.

Так появился документ, где Фаина Стрешнева якобы переписывает землю на свою матушку. Теперь это, конечно, не имело никакого значения, но у меня возникло опасение, а не получится ли так, что, узнав об исчезновении угрозы в лице Вышинского, да и кредитора Дулова, Анна Игнатьевна не прикатит обратно в Россию-матушку, чтобы потребовать что-то от своей выжившей дочери?

И как оказалось, мои опасения были не беспочвенны. Последнее письмо было не распечатано и адресовано оно было по-прежнему Вышинскому.

Заметив, что я взяла его в руки, Валентина Егоровна тихо сказала:

— Оно пришло уже после того, как Сергея Николаевича арестовали."

"Я открыла письмо, и не без удивления увидела, что матушка сообщает о своём выезде из Парижа для окончательного оформления сделки по передаче земли Вышинскому. Письмо было от третьего числа.

— Валентина Егоровна, а вы не подскажете, — спросила я, похолодев, — сколько ехать из Парижа до Санкт-Петербурга?

— Поезд должен прибыть либо сегодня вечером, либо завтра утром, — ответила она.

— Какая прелесть… — пробормотала я, а вслух спросила: — Как вы думаете, Валентина Егоровна, куда Анна Игнатьевна направится, если у неё нет жилья в Петербурге?

— Скорее всего, в гостиницу, — ответила она. — И будем надеяться, что там она прочитает газеты, в которых есть новость о шумном аресте Сергея Николаевича.

— А я вот думаю, что газет она не прочитает, — сказала я. — И отправится она, скорее всего, к вам. Сюда.

— Возможно, — кивнула Валентина Егоровна, — но я её не приму.

Я улыбнулась:

— И это весьма уместно, — сказала я, — но мне бы всё же хотелось разобраться с этой женщиной раз и навсегда.

Я вздохнула и рассказала Валентине Егоровне, что начала процесс исключения Анны Игнатьевны из рода.

— И вот теперь мне, наверное, стоит встретиться с Анной Игнатьевной, — сказала я, — чтобы об этом ей рассказать.

— Тогда вы считаете, что мне стоит принять её? — уточнила Валентина Егоровна.

— Нет. Вы можете не принимать. Просто передайте, пожалуйста, ей, что я буду ждать её в ресторане «Донон» на обед.

— А когда? — спросила Валентина Егоровна.

— Как только от вас придёт лакей с известием, что Анна Игнатьевна «приглашена» мной на обед.

На лице Валентины Егоровны появилась лёгкая улыбка.

— Да, Фаина Андреевна, — сказала она, — не знал мой супруг, с кем он связывается.

И мы обе посмотрели друг на друга понимающе.

***

Алексей

Вот и настал четверг.