Мой бесстрашный герцог

Когда же палец Марка скользнул в ее лоно, Николь вцепилась обеими руками в его плечи и со стоном воскликнула:

– О боже, Марк!..

– Тише, – прошептал он, на мгновение оторвавшись от ее груди. – Не надо сопротивляться. Отдайся чувствам. Пусть это произойдет.

Но что именно должно было произойти? Николь этого не знала, но отчаянно желала узнать. Палец мужа продолжал восхитительные ласки, а губы снова накрыли сосок, потом стали спускаться все ниже и ниже…

Николь прикусила губу, чтобы не закричать. Она понимала, что Марк намеревался сейчас сделать, и боялась пошевелиться – из страха, что он остановится. В ожидании она затаила дыхание.

Когда же он стал ласкать языком ее нежный бутон, она громко застонала и прохрипела:

– Только не останавливайся…

– И не подумаю, – с усмешкой ответил Марк.

Прошло еще несколько томительных мгновений, и Николь почувствовала, что мир вокруг нее – или внутри – как будто взорвался ярким калейдоскопом красок. Она забилась в сладостных судорогах – спина выгнулась, голова запрокинулась назад, а волосы разметались по подушке. Она пыталась понять, что с ней произошло, но не находила этому объяснения.

– Это было… – Она словно лишилась дара речи, и оставалось лишь надеяться, что временно.

– Это было самое эротичное зрелище, которое мне когда-либо доводилось видеть. – С этими словами Марк поднес к губам ее руку и поцеловал костяшки пальцев.

– Но ты не… – Она вспыхнула и замолчала.

– Что я «не…»? – усмехнулся муж.

– Мама рассказала мне, что происходит в постели между мужчиной и женщиной, – сообщила Николь, не глядя ему в глаза. – Но ведь этого не было…

– Разве? – Марк изобразил удивление.

– Не надо смеяться, – пробормотала она, покраснев. – У меня нет опыта в таком деле, и тебе это хорошо известно.

– Это упущение надо срочно исправить, – заявил Марк и накрыл ее тело своим.

Он стал медленно проникать в нее, и Николь приготовилась к боли, о которой предупреждала мать. Только боли не было. И ее глаза округлились.

– Что-то не так? – спросил Марк.

– Мама говорила, что будет больно.

– Ну, это совершенно необязательно, если партнер знает, что делает. – Марк улыбнулся и поцеловал ее в лоб.

У Николь не было времени обдумать эту весьма неоднозначную фразу, потому что Марк начал двигаться. И в тот же миг все мысли вылетели у нее из головы, а слова застряли в горле. Горячая плоть мужа двигалась в ней, вызывая непередаваемые ощущения. Он еще раз довел ее до высшей точки наслаждения и только после этого дал себе волю. Выкрикнув ее имя, излил в нее семя, а потом уложил ее на себя и, поглаживая шелковистые волосы, прошептал:

– Я люблю тебя, Николь.

– А я люблю тебя, Марк, – тотчас отозвалась она. – Люблю тебя так, что не могу выразить словами.