Мой бесстрашный герцог

Николь замерла на пороге, а он вошел в комнату, зажег лампу на столике у кровати, затем вернулся, взял ее за руку и провел к кровати. После чего взял за плечи и, заглянув в глаза, спросил:

– Боишься?

– Нет. – Она покачала головой. – Я ведь так давно этого ждала… – И она лукаво улыбнулась.

Марк засмеялся и заключил жену в объятия. Их губы встретились, и его смех сразу же стих. Марк начал вытаскивать булавки из волос жены, потом, справившись с этой задачей, принялся расстегивать пуговицы на ее платье. На Николь было платье очень простого фасона, из белого сатина. Оно ей очень нравилось, но теперь ей не терпелось от него избавиться.

Пока муж расстегивал пуговицы, которых было довольно много, Николь развязала его галстук и бросила на пол. Следующей задачей стали пуговицы у него на жилете. Их движения стали необычайно быстрыми – обоим не терпелось избавить друг друга от одежды.

Очередной поцелуй прервался лишь для того, чтобы Николь могла стащить платье через голову, а Марк тем временем отбросил рубашку. После чего их губы снова слились воедино. Марк быстро расшнуровал корсет. Когда это орудие пытки упало на пол, Николь сама сняла сорочку и теперь стояла перед мужем абсолютно голая – на ней оставались только чулки.

– Теперь ты, – прошептала она, не сводя глаз с его брюк."

"Марк опустился на край кровати, сбросил сапоги и откинулся на подушки, а Николь расстегнула пуговицы его брюк, затем склонилась над ним и поцеловала. Марк же, мгновенно избавившись от брюк, уложил жену на спину и навис над ней. Ее ноги раздвинулись как бы сами собой, а муж, нежно целуя ее, прошептал:

– Ты великолепна, Николь.

– А забавно… – хихикнула она. – Я подумала то же самое о тебе.

Марк немного отстранился, чтобы лучше ее видеть. Николь тоже смотрела на него во все глаза. Ее взгляд задержался на его восставшей плоти. Впечатленная его размерами, Николь ощутила острое желание потрогать его, что и не замедлила сделать. Она инстинктивно сжала его, и Марк тихо застонал.

Лукаво улыбнувшись, Николь спросила:

– Тебе нравится?

– О да… – Муж проложил поцелуями дорожку к ее груди, затем поднял голову и прошептал: – О боже, райское наслаждение…

Наклонившись, он припал губами к ее груди и чуть прикусил отвердевший сосок. Николь вскрикнула и выгнулась ему навстречу; ее тело было наполнено желанием. От грудей к сокровенному местечку внизу словно пробегали искры. Нечто подобное возникало всегда, когда Марк целовал ее, но сейчас это было стократ сильнее. А его губы тем временем ласкали сосок, а пальцы – чувствительную плоть между ног. Николь то и дело содрогалась от наслаждения.

Не в силах противиться некой неведомой силе, она запрокинула голову и глухо застонала.