Мистер

Почему же ее дети и внуки о ней не позаботятся? Ведь бабушка жила у родителей Алессии, когда умер дедушка… А что, если миссис Кингсбери ищет жильца? Который присматривал бы за ней? Лишняя комната у нее найдется, а Алессия тоже одинока…

В пижамных штанах Михала с забавными мордашками Губки Боба и в старой футболке с логотипом команды «Арсенал» Алессия берет в охапку свои вещи и спускается по лестнице через кухню в ванную комнату.

Магда очень щедро оделила Алессию старой одеждой Михала. Мальчик быстро растет, и Алессии это только на руку. Почти все, что носит Алессия, когда-то принадлежало Михалу. Кроме носков. У нее есть две пары собственных.

«Разве ты не носишь носки?»

Алессия жарко краснеет, вспомнив замечание Мистера. Она не смогла бы ему признаться, что у нее нет денег, чтобы купить себе новые носки. Ведь надо копить на квартиру.

Она включает в розетку бойлер и ждет, пока согреется вода. Снимает одежду, забирается в ванну и быстро моется под тонкой струйкой едва теплой воды.

Я стою в душе, упершись ладонями в гладкую стену, по спине меня бьют струи горячей воды. Я часто и тяжело дышу. Кончил в душе… опять.

«Черт побери. До чего я докатился?»

«Почему я не могу просто найти кого-нибудь и потрахаться, как обычно?»

Ее глаза цвета густого эспрессо смотрят на меня сквозь длинные ресницы.

Из моей груди вырывается стон.

С этим пора завязывать.

Она моя горничная. Прошлой ночью я вертелся в кровати с боку на бок, а ее смех звучал во всех моих снах. Она снилась мне – веселая и беззаботная, играла мне на рояле в одних лишь розовых трусиках, а длинные темные локоны падали на ее обнаженную грудь.

Ох…

Даже изматывающая тренировка сегодня утром не вытеснила Алессию из моих мыслей."

"Это можно сделать только одним способом.

Невероятным.

Однако она улыбнулась мне на прощание, выйдя из машины, – добрый знак. К тому же завтра я ее снова увижу. Уцепившись за эту многообещающую мысль, я выключаю воду и заворачиваюсь в полотенце. Бреясь, я проверяю сообщения. Пара слов от Оливера: застрял в Корнуолле, отрезан снегопадом. Значит, утром я отвечу на соболезнования, а потом пообедаю с Каролиной и Марианной. А вечером мы идем с друзьями в бар.

– Наконец-то ты вылез из своей берлоги! Как к тебе обращаться: «лорд Треветик», «милорд» или просто «братан»? – спрашивает Джо, приветственно подняв пинту пива «Фуллер».

– И я не знаю, кто ты теперь: Треветик или Тревельян? – ворчит Том.

– Обращайтесь, как хотите, – пожимаю я плечами. – Лучше просто по имени, ну, знаете же – Максимом.

– Наверное, правильнее называть тебя Треветик… хоть и трудно будет привыкнуть. Но это же титул, понимаешь, а мой отец на редкость щепетилен в таких вещах!

– Слава богу, я не твой отец.

Том закатывает глаза.