Милаха

– В смысле? Зачем?

– Просто пообщаемся. Покатаемся по городу, я угощу тебя коллекционным французским шампанским со свежей клубникой из Турции, покажу место, откуда лучше всего видно звёзды. И всё! Просто познакомимся поближе. Уверен, нам не будет скучно. И уж точно я не обижу женщину уважаемого человека, почти друга."

"Он говорил легко, расслабленно. Уважительно. И что самое главное – он не настаивал! Не было требовательных ноток, не было угрожающих интонаций. Даже неловко как-то стало отказывать. Вот прям до чувства вины. Чёрт, никогда не умела отказывать вежливым людям!

– Малыш, мой человек ждёт адрес. И не волнуйся, к полуночи ты уже будешь дома, я же понимаю твоё положение. А ты, конечно, понимаешь моё… Да?

Сердце тревожно ёкнуло.

– Малыш? Ты ещё здесь?

– Эдуард Валентинович, вы извините, пожалуйста… Я очень благодарна вам за приглашение, но вы знаете… – зажмурилась: – Я откажусь. Просто понимаете, с минуты на минуту должен вернуться Денис. Я приготовила ему ужин и… Спасибо вам огромное! И извините. Пожалуйста.

– Малыш, малыш… – голос остался мягким, но в нём появились нотки укора. – Что-то подсказывает мне, что либо ты хочешь меня обмануть, либо я гораздо лучше тебя осведомлён о том, где сейчас Денис. Знаешь, не люблю обманщиков и не верю, что ты такая. Скорее всего, просто перепутала дни, да? Не может быть, чтобы ты хотела испортить мне настроение. Правда, ведь? Может, мне дать тебе немного подумать? Ну правда, что ты теряешь? Ничего, кроме возможности провести шикарный вечер. Хочешь, даже сделаем так, что об этом никто не узнает? Дядя Эдик умеет хранить секреты и уж тем более – быть благодарным к тем, кто идёт ему навстречу. Ну же, малыш, эту клубнику везли из Турции специально для тебя!

– Я не могу, Эдуард Валентинович. Извините.

– Если честно, ты немного расстроила меня, малыш, но я не в обиде. Ты просто не знаешь правил игры, и я это понимаю. Конечно. Не переживай, всё приходит с опытом, и в следующий раз ты уже не будешь так напугана, да?

Я промолчала.

– Вот и хорошо. Тогда доброй ночи, детка. – И положил трубку.

А я всё сидела, прижимая свою к уху, слушая короткие гудки, которые, как аритмия – не давали дышать, растекались обжигающей тревогой в груди.

Ну нахрена я ему позвонила? Кому я вру, говоря, что не понимала, не чувствовала подвоха? И что теперь будет, если об этом узнает Денис? Да он уроет меня за самодеятельность!

Стоп! Что значит, ЕСЛИ узнает? Обязательно узнает! Сказать при первой же возможности!

Угу… а если он психанёт? Закусится с Паниным, а это, судя по рассказам Боярской, целое море проблем. К тому же, скандал обязательно дойдёт до Зойки… И тогда она точно пошлёт меня к чёрту!

Я так перенервничала, что пошла на кухню и намахнула стопку коньяка.