Скажи пчелам, что меня больше нет

— Хочешь сказать, Персиваль — один их тех, кого в Шотландии называют «Нэнси-голубок»? Какое отношение это имеет к нынешней ситуации?

Фергус, который все никак не мог успокоиться, тряхнул головой.

— Oui. Мужчинам с подобными пристрастиями — когда они настолько очевидны — нельзя доверять. Эти типы всегда боятся публичного разоблачения. За ним явно кто-то стоит.

Роджеру стало не по себе. Честно говоря, ему было не по себе с тех пор, как они переступили порог дома на Хейзел-стрит.

— У тебя есть какие-нибудь предположения?

Фергус бросил на него изумленный взгляд и укоризненно покачал головой.

— Знаешь, mon frère, тебе не помешало бы побольше узнать о человеческих грехах, раз уж решил податься в священники.

— Предлагаешь мне взять парочку уроков у мисс Маргаритки?

— Нет, конечно, — ответил Фергус с легким смешком. — Хотя твоя жена наверняка могла бы кое-чему у нее поучиться. Но я не об этом. Ты очень хороший человек, — он тепло улыбнулся растроганному Роджеру. — Однако не все твои прихожане столь же добродетельны, и чтобы направить их на путь истинный, тебе стоит поближе познакомиться со злом. Тогда поймешь, как непросто порой ему противостоять.

— Возможно, ты прав, — осторожно согласился Роджер. — Но я знаю немало священников, которые серьезно влипли, пытаясь расширить свой кругозор подобным образом.

Фергус невинно пожал плечами и рассмеялся.

— У шлюх есть чему поучиться, mon frère. Хотя ты прав: лучше не проводить такие уроки с глазу на глаз. Однако, — добавил он, посерьезнев, — когда я говорил о зле, то имел в виду нечто другое.

— Я так и понял. Ты сказал, что уже пересекался с этим Бошаном. С виду он не такой уж…

— Он просто шлюха, и возможно, с юных лет. — Фергус усмехнулся, заметив озадаченное выражение на лице Роджера. — Рыбак рыбака видит издалека. Так, кажется, говорят?

Роджера словно ударили под дых; желудок сжался. Как он мог забыть! Ведь ему было известно, чем приходилось заниматься маленькому Фергусу в парижском борделе до встречи с Джейми Фрэзером, который нанял его карманником.

— Месье Бошан уже староват, чтобы торговать своей задницей, но за деньги пойдет на многое. Исключительно по необходимости, — бесстрастно добавил Фергус. — Человек, привыкший так жить, перестает верить, что его ценность состоит не только в услугах, за которые ему платят.

Роджер молчал. Он думал не столько о Персивале Бошане, сколько о Фергусе. А также о Джейн и Фанни Покок.

— «Зло», о котором ты говоришь… — медленно начал он.

— Кроме нас, в той комнате было лишь два человека, — выпалил Фергус.

— О боже… — Роджер попытался вспомнить, какие слова или поступки высокого мужчины могли привести к такому умозаключению. Фергус определенно считал «юриста» воплощением зла. — Я даже не помню, как он выглядел.