Меч ислама

Вместе с нею подошел смуглый светлоглазый мальчик, ее сын, Маркантонио дель Геррето, который теперь к своей фамилии добавил фамилию Дориа. Просперо был представлен герцогине и, низко поклонившись, поднес к губам руку, которую она ему подала. Новая герцогиня Мельфийская была маленькой, изящно сложенной женщиной лет сорока, ухитрявшейся выглядеть скромно, несмотря на свои сверкающие драгоценности.

Потом Просперо окружила толпа. Среди здешних мужей были Ломеллино и даже Фрегозо, с которыми мужчины из рода Адорно всегда враждовали. Теперь они пришли подольститься к нему и представить своих чванливых жен. Были здесь и люди вроде Спинолы и Гримани, с которыми Адорно когда-то были тесно связаны. Эти с трудом скрывали удивление. Но было очевидно, что все присутствующие стремились поскорее похоронить прошлое.

Просперо стоял с серьезной миной, выслушивая их поздравления. Но за напускной серьезностью скрывалось злорадство. Он забавлялся, слушая многословные льстивые речи тех, кто, как ему было известно, вовсе не любил его. Просто его военные успехи завоевали ему благосклонность императора и поклонение простого народа."

"Этой тайной забаве внезапно пришел конец. Прямо перед тем местом, где стояли Просперо и долговязый Андреа Дориа, в блистательной гомонящей толпе вдруг открылась брешь, и Просперо увидел возле монны Перетты даму в серебристом платье, покрытом узором из черных арабесок. Она была молода, среднего роста. Ее гладко зачесанные каштановые волосы придерживались чепчиком с жемчужной заколкой. Переплетенные нити жемчуга лежали на ее белой груди и ниспадали до талии, оканчиваясь жемчужной же подвеской.

Дама серьезно смотрела на Просперо. Глаза ее блестели, как от слез, а уголки губ подрагивали — то ли от веселья, то ли от горя. Скорее и от того, и от другого.

Просперо затаил дыхание и почувствовал, как кровь отливает от лица. Первая волна радостного удивления быстро сменилась полным смятением. В этот недобрый час фиктивной помолвки Просперо вновь встретил ее, свою даму из сада.

Господин Андреа, наблюдавший за Просперо, прищурив глаза и улыбаясь, склонился к нему и прошептал:

— Очень красивая дама, не правда ли? Просперо ответил, как автомат:

— Прекраснее я вряд ли когда-нибудь видел. Он услышал тихий смех Андреа и его слова:

— Вашему положению, Просперо, можно позавидовать. Если вы все еще считаете себя оскорбленным Дориа, это должно с лихвой возместить вам все. Пойдемте, синьор. Вон стоит ваша невеста, готовая приветствовать вас.

— Я… — Он умолк с раскрытым от удивления ртом. Адмирал взял его под руку и с шутливым нетерпением подтолкнул вперед:

— Идемте же, синьор.