Марь

— Второй час ночи, — пробормотал он, глядя на экран своего телефона. — Поздновато для визитов.

В дверь снова постучали. Это был слабый, едва слышный стук, словно тот, кто стучал, боялся побеспокоить хозяев.

— Ну, что будем делать? — спросил Apec. — Впустим гостя дорогого?

Стэф очень сомневался, что полуночный гость может быть дорогим. Прежде чем ответить, он достал из кладовки свой охотничий карабин, проверил магазин, удовлетворенно кивнул. Он не верил в какие-то особенные болотные испарения, способные свести человека с ума, но верил в человеческую злонамеренность и предпочитал быть к ней готовым.

— Ого! Откуда? — спросил Apec восторженным шепотом.

— Оттуда, — ответил Стэф с мрачной усмешкой.

— Стрельнуть дашь?

Все-таки, несмотря на накачанные мышцы, бритую черепушку и брутальные татухи, он был еще совсем пацаном. А всем пацанам нравится оружие.

Ответить Стэф не успел. В дверь теперь уже не постучали, а поскребли. С той стороны донесся тихий детский плач. Они растерянно переглянулись.

— Ребенок? — спросил Apec шепотом. — Откуда тут мать его ребенок?

Плач повторился. А потом тонкий детский голосок заканючил:

— Дяденьки, впустите нас, пожалуйста.

— Сколько их там? — Apec сунулся было к двери, но Стэф заступил ему дорогу.

— Впустите, мы заблудились. — Это был уже другой голос, но тоже детский.

— Впустите, пожалуйста. Мы хотим к маме и кушать.

— Охренеть, — сказал Apec. — К маме и кушать! Как они вообще умудрились от мамы отбиться?

Он уже тянулся к запору, когда Стэф, держа карабин наизготовку, тихо, но решительно сказал:

— Отойди-ка в сторонку. Я сам.

— Шутишь? — возмущенно спросил Apec. — На детей с оружием?

— Современных детей оружием не напугать. Они в своих стрелялках и не такое видели.

— Дяденьки… ну, пожалуйста.

Стэф вздохнул и открыл дверь.

С той стороны, взявшись за руки, стояли два ребятенка: мальчик и девочка лет семи. Они были чумазые, как чертенята, испуганно жались друг к другу и закрывались ладошками от направленного на них луча фонарика.

— Да что б меня, — растерянно протянул Apec.

— Ярко, дяденька, — пискнула девчушка. — Глазкам больно.

— Ой, простите. — Apec опустил луч фонаря ниже. Теперь в его свете были видны перепачканные в грязи босые ноги детей. — Вы откуда? — спросил он. — Почему такие чумазые?

— Мы с болота, — сказал мальчик, крепко сжимая руку девочки. — Мы потерялись, а потом чуть не утонули, а потом заблудились…

— А теперь нашлись, — перебила его девочка. По всему выходило, что девочка в этом тандеме была главной. — Дяденьки, мы кушать хотим. Можно нам войти?

— Вот же я тупой, — простонал Apec и сунулся к двери. — Конечно…

— Стоять! — Стэф перегородил ему путь стволом карабина.

— Охренел?! — Apec глянул на него удивленно и зло.