Марь

— Меня она терпит, — ответила баба Марфа с легкой грустью в голосе. — Я не самая примерная из ее дочерей. Я всегда была строптивой. Такой, как ты, Стефания.

— Значит, меня она тоже терпит?

— Тебя она любит. Она очень стара, и ей очень скучно. Веками она развлекается созданием диковинных тварей. На это уходят столетия, а может быть, даже тысячелетия. Не все ее дети жизнеспособны. Не все порождения ее скуки и силы прекрасны. Некоторые уродливы и смертельно опасны, но она все равно позволяет им жить. Псы — это ее любимые творения. А ты спасла одного из них. Рискуя собственной жизнью, ты сохранила жизнь ее частице. Теперь ты тоже одна из ее любимых тварей.

— Тварей… — Стеша горько усмехнулась.

— Не обижайся, Стефания. Все мы твари разной степени красоты или безобразности. Людей она почти не выносит, закрывает им дорогу. Иногда хватает просто тумана и страшных звуков, чтобы отвадить…

— Звуков? — перебила бабу Марфу Стеша. — Я не слышала странных звуков.

— Это потому, что она очень долго спала. Мне кажется, больше сорока лет.

— А теперь проснулась?

— Выходит, что так.

— Из-за меня?

— Не знаю. Но силу твою она точно почуяла. Даже я ее почуяла. А во мне этой силы малая крупица.

— Вы сейчас про воду? Про то, что с ней творится что-то неладное?

— Это не с водой творится, Стефания. — Баба Марфа вздохнула. — Это ты сама творишь. Опыта у тебя нет, потому и получается… абы что. Но вода тебя слышит. Пока еще не особо слушается, но со временем ты научишься.

— Я не хочу такому учиться! — Стеша покачала головой. — Двадцатый век на дворе, наука двигается вперед семимильным шагами, а мы тут с вами обсуждаем какое-то… мракобесие!"

"— Можем не обсуждать. Но уезжать вам с малой больше не надо. Она вас теперь не отпустит. По крайней мере, тебя. Обижать не будет. Болото теперь для тебя будет все равно, что лужайка, но уйти далеко ты не сможешь.

— А если попробую?

Стеша не верила собственным словам. Всего несколько часов назад она убивалась из-за того, что баба Марфа гонит их прочь, а теперь задает такие глупые, такие опасные вопросы.

— Я попыталась, — сказала баба Марфа с тихой грустью в голосе.

— И что случилось?

— Сначала ничего, а потом навалилась такая тоска, что жизнь не мила стала. Она всегда дотянется. Даже если ты сбежишь на край света и будешь думать, что всех обыграла.

— Как? Как она это делает?

— Через сны. Она будет подсылать в твои сны своих тварей. Не тех, что из плоти и крови, а тех, что так же призрачны и неуловимы, как она сама. Иногда они добрые, даже забавные, но чаще злые и голодные. Представь, Стефания, что из ночи в ночь ты тонешь в трясине, захлебываясь водой.

Стеше такое и представлять было не нужно. Пар на ее коже мгновенно превратился в снег и так же мгновенно истаял.