Мальтийский крест Павла Первого

И в свете этой лампы Леокадия Львовна увидела сидевшего за столом человека…

Некрасивое курносое лицо, чуть сбившийся на сторону пудреный паричок…

Леокадия Львовна узнала человека, чьи многочисленные изображения заполняли замок.

Это был несчастливый создатель этого замка, построивший его, чтобы чувствовать себя в безопасности, и в нем же убитый. Император всероссийский Павел Первый.

Леокадия Львовна попятилась и слабым, дрожащим голосом пролепетала:

— Доброй ночи, ваше императорское величество…

Император не шелохнулся.

И тут Леокадия не выдержала, она оглушительно завизжала, задом выскочила из кабинета и понеслась по коридору, не глядя под ноги и не разбирая дороги.

Известно, что в случае сильного испуга или другого стресса физическая активность — лучший способ успокоиться. Если на вас накричал начальник, лучший способ выпустить пар — хорошенько отлупить его… но это, как правило, невозможно, тогда можно просто пробежаться. Иногда приходится бежать марафонскую дистанцию.

Пробежав по коридорам замка несколько минут и основательно запыхавшись, Леокадия Львовна немного успокоилась.

Ну чего она, в самом деле, испугалась?

Подумаешь — призрак императора! Его тут чуть не все сотрудники встречали.

Правда, на этот раз он почему-то оказался в кабинете директора… но на то он и призрак, чтобы проникать через закрытые двери, проходить сквозь стены…

Дверь кабинета была открыта, ведь сама Леокадия смогла туда войти, а она не призрак, а живой человек!

Да и сам призрак выглядел как-то необычно.

Нормальные призраки (конечно, само это словосочетание — нормальные призраки — звучит как раз ненормально, даже, прямо скажем, дико, но что уж тут поделаешь), так вот, нормальные призраки полупрозрачны, нематериальны, похожи на туманные картины, на миражи… Сквозь них можно рассмотреть посторонние предметы, а тот император, которого она видела в кабинете, был очень даже материальный и совершенно не прозрачный.

И тут у нее мелькнула мысль — кого, а точнее что, она увидела в кабинете Сергеевой…

Обдумывая эту продуктивную мысль, Леокадия Львовна перешла на шаг, отдышалась.

Она попыталась понять, куда попала во время своего панического бегства…

Это была часть замка, примыкающая к спальне императора, к той самой спальне, где «Русский Гамлет», как стали называть Павла Первого, встретил свою мученическую смерть от рук заговорщиков.

Леокадия развернулась, чтобы вернуться к служебным помещениям, как вдруг услышала за поворотом коридора ритмичное поскрипывание паркета.

Сомнений не было — это были чьи-то приближающиеся шаги.

На этот раз боевая старушка не впала в панику.