Его маленький чертёнок

Девушка дотопала на своих каблуках до подъезда и остановилась, резко крутанувшись на пятках и вперив в меня недовольный взгляд.

– Спасибо, что проводили, – отчеканила скорее из вежливости, нежели от искренней благодарности.

– Всегда пожалуйста, – кивнул, поймав пролетавшую мимо Нику. – Ника, говори Фисе «пока» и поехали.

– Уже? А мозно…

– Нельзя.

– Лано, – скисла мордашка, – я тогда… о-о-о, – загорелись глаза дочери.

Я проследил за ее взглядом и увидел в стеклянной витрине в метре от нас холодильники с мороженым.

– Папочка, а я кочу молозеное!

– Прямо сейчас? Принцесса, сейчас Анфиса пойдет домой, и мы зайдем за мороженым. Идет?

– Не идет, Фиса тозе кочет молозеное, – улыбнулась дочурка, глянув на девушку, что нервно топталась на месте. – Да?

– Не думаю… – неуверенно пролепетала девушка едва слышно.

– Тогда я подумаю за вас с папулей и куплю нам молозеное. Сама. Как взлослая! – задрала нос-кнопку дочь. И выглядело это до того умилительно, что Анфисе пришлось смириться и кивнуть.

– Хорошо, спасибо.

– Только подозди меня, угу? Не уходи, лано?

– Ладно.

Ника, получив из моих рук купюру, заскочила в лавку с мороженым и прочими зубосводящими сладостями. Колокольчики на двери магазинчика звякнули, а потом улица снова погрузилась в ночную тишину, нарушаемую только далеким шумом машин и легким шорохом ветра.

Я посмотрел на Ветрову. Она подчеркнуто старалась держаться в стороне. Ежилась от ветра и, как мне кажется, думала, как бы быстрее от нас с Никой сбежать.

– Не переживай, на чай не напросимся, – решил я разрядить обстановку, пошутив.

Анфиса улыбнулась. Совсем незаметно и чуть-чуть, но я уловил момент, когда уголок ее губ дрогнул. И мне бы и дальше стоять молча, подобно фонарному столбу, и ждать, когда уже дочь выберет мороженое и отпустит нас всех по домам, но какой-то черт дернул меня за язык спросить:

– Почему Нью-Йорк?

– Что? – слегка опешила девушка.

– Почему именно здесь, Анфиса?"

"Редко с моих губ срывалось ее имя. Заноза, зараза, пигалица, как угодно, но Анфиса… стоило произнести, и на языке осталось приятное послевкусие. Терпкое, мягкое, мне определенно понравилось.

Удивительно. С каких пор простое “назвать женщину по имени” вызывает в теле такой шквал?

– Потому что варианты у меня были невелики, – пожала плечами девушка, крепче обхватывая пальчиками ремешок рюкзачка. – Флоренция предложила свою помощь, и я согласилась. Потому что с работой в столице у меня, откровенно говоря, не клеилось после ухода из дома.

Я сделал шаг. Один. Незначительный. Потянуло просто.

Но девушка опасливо на меня покосилась.

Это разозлило. Заставило завестись мгновенно. Будто я монстр какой-то!

– Откуда ты знаешь мою мать? – тон сменился на вкрадчивый и не терпящий возражений.