Обрученные луной

Хольм закрыл глаза, еще сильнее стиснув ладонь, и крошки хлеба посыпались на деревянный пол клетки. Нельзя рычать и бросаться и прутья. Нельзя… Надо думать, что целительницы Рысей славятся своим искусством. Лестану вылечат. Обязательно вылечат!

Он не помнил, сколько так пролежал, но Рисал уже сменил Гленна, значит, ночь перевалила за половину. Потрескивали сучья в костре, Рыси крепко спали… Как-то даже слишком крепко! Хольм рывком сел в клетке, сообразив, что от костра тянет знакомым сладким душком: кто-то щедро сыпанул в него жабьего дурманника. Вот уже слышится сопенье и даже храп… А Рисал, сидящий спиной к огню, чтобы не слепило глаза, обмяк и вот-вот завалится набок. Твою м-м-мать-Волчицу, Брангард!

— Тс-с-с… — прошипел брат, выныривая из кустов. — Это я. А то еще дашь по голове, не разобравшись.

— Если это ты, тем более дам, — еле слышно пообещал Хольм, слушая, как Бран возится с замком. — Зачем явился?

— Да так, — огрызнулся брат. — Мимо проходил. Дай, думаю, зайду, сопру у Рысей один тупой мохнатый коврик. Зар-раза…

— Зря стараешься, — предупредил Хольм. — Я никуда не пойду.

— Кто тебя спрашивает? — выдохнул Брангард. — Вот только не надо про честь и все такое! Они тебя казнят, это ты понимаешь? Найдем убийцу, сдадим его Рысям — и вернешься к своей Лестане героем… Ей станет стыдно, и она тебя полюбит…

— Бран, заткнись, — попросил Хольм, слушая, как брат скрипит в замке какой-то железкой. — Если сбегу — значит, я виноват. А это не так. И я не брошу Лестану. Убийца где-то рядом. Или может оказаться рядом. Я должен…

— Для начала ты должен не сдохнуть! — прошипел Брангард, поднимая голову.

Замок щелкнул, и дверь клетки распахнулась наружу.

— Закричу, — спокойно предупредил Хольм. — Так заору, что и дурманник не поможет. И будет резня. А потом я все равно отправлюсь в Арзин, даже если силой утащишь. Всю жизнь караулить не будешь. Бран, я никуда не побегу. — И добавил, смягчив голос, насколько мог: — Спасибо, брат. Я… все понимаю, правда. Но клан позорить не стану.

Брангард сел на землю возле клетки и уткнулся лицом в ладони, раскачиваясь, как от боли. Потом поднял голову, и его глаза в отблесках костра блеснули янтарным огнем.

— Хольм… — безнадежно попросил брат. — Пожалуйста… Это же на время. Я всем скажу, что утащил тебя силой. Одурманил и утащил.

— Вместе с клеткой, — вздохнул Хольм. — Потому что я из нее не выйду. Бран, даже не думай… Сказал же, перебужу Котов. Уходи, а то и правда проснется кто. Вы часового не убили?

Бран помотал головой. Хольм слышал тяжелое дыхание брата, и ему было смертельно жаль Брангарда. Этот умник снова перехитрил сам себя. С корабля, конечно, пленника без шума не украдешь, и Брангард наверняка следовал за ладьей берегом.