Лихорадка

К сожалению, жестокость в семье – явление распространенное не только в сегодняшней жизни.

– Нет. Семнадцатилетний сын. Его труп нашли через неделю, он висел на дереве. Очевидно, самоубийство.

– А какой мотив? Может, мальчик был психически нездоров?

Люси откинулась на спинку стула, и ее загорелое лицо озарил свет, лившийся из окна. Годы работы под открытым небом сказались на состоянии ее кожи, и сейчас зимний свет безжалостно подчеркивал каждую веснушку, каждую морщинку.

– Мы не знаем. Судя по всему, семья жила обособленно. Если посмотреть по картам, приложенным к документам о праве на собственность, владения семейства Гау захватывали весь южный берег озера. И, похоже, у них не было соседей, которые могли бы хорошо знать мальчика.

– Значит, семья была богатой?

– Это вряд ли, но крупными землевладельцами их можно назвать. Винс сказал, что земли отошли к Гау в конце восемнадцатого века и оставались в их собственности до этого… события. Потом их распродали по частям. Застроили.

– Винс – это тот неопрятный парень с хвостом?

– Все мои студенты неопрятные. Похоже, это необходимое условие для успешного окончания аспирантуры.

– И где я сейчас могу найти Винса?

– В девять часов он должен появиться в своем кабинете. В подвальном этаже музея. Я позвоню ему и предупрежу, что вы зайдете.

Линкольн бывал здесь и раньше. На этот раз широкий деревянный стол был завален не человеческими останками, а глиняными черепками, а окна наглухо засыпаны снежными сугробами. Отсутствие естественного освещения, сырые каменные ступени – все это вызвало у Линкольна ощущение, будто он спустился в подземную пещеру. По обе стороны узкого коридора тянулись полки хранилища, заставленные коробками с памятниками материальной культуры. Бирки на них уже покрылись грибком. «Нижняя челюсть человека (мужчины)» – все, что Линкольн смог разобрать на одной из них. «Деревянный ящик, – с грустью подумал он, – вот безымянное пристанище для кости, которая когда-то принадлежала живому мужчине». Он углубился в лабиринт, и в горле запершило от пыли, плесени и едва уловимого сладковатого дыма, которого становилось все больше по мере того, как Линкольн продвигался в глубь подвала. Марихуана.

– Господин Бретано! – крикнул он.

– Я здесь, комиссар Келли, – ответил чей-то голос. – Возле чучела филина сворачивайте налево.

Сделав еще несколько шагов, Линкольн набрел на стеклянный ящик, в котором сидел огромный рогатый филин. Келли свернул налево.

«Кабинет» Винса Бретано представлял собой письменный стол и шкаф с документами, втиснутые между полками с экспонатами.