Лесной князь

Сам за это время Воронцов спустился по тайной лестнице вниз, и через потайной ход оказался в кабинете.

Слуга открыл перед Нелидовым двери и Петр Иванович прошел в огромный мрачный кабинет. За небольшим письменным столом из темного дерева сидел граф Воронцов и что-то писал. Величавый и неприступный в дорогом мундире, белом парике он вызвал невольный трепет и страх у Нелидова.

Перо Ивана остановилось на не оконченной фразе. Подняв глаза, Воронцов с удивлением оглядел грузную фигуру Петра Ивановича. Первая мысль, которая пришла в голову Воронцова, была о том, что Нелидов явился к нему в дом, узнав об их отношениях с Катюшей.

– Доброго здравия Вам, Иван Алексеевич, – вымолвил угодливо Нелидов, низко кланяясь и слащаво растягивая рот в улыбке.

Воронцов прищурился, и высокомерно спросил:

– Что Вам угодно милостивый государь?

Нелидов засуетился, и его глаза забегали.

– Я хотел бы засвидетельствовать Вам свое глубокое почтение, Ваше сиятельство!

– Не надо ходить вокруг да около. Говорите, зачем пожаловали?! – уже недовольно произнес молодой человек. К Петру Ивановичу Воронцов испытывал неподдельное отвращение. Иван подозревал, что именно дядя Кати повлиял на ее быстрое предстоящее замужество с Левашовым. Однако это были всего лишь предположения Ивана. Нелидов нервно затеребил рукав своего темного камзола и промямлил:

– Я бы хотел попросить милости у Вас многоуважаемый Иван Алексеевич. Императрица Елизавета Петровна немного разгневанна на меня, и я потерял свою должность. Не могли бы Вы замолвить за меня словечко перед государыней? – Нелидов замялся и, прокашлявшись, продолжил. – Я в долгу перед Вами не останусь.

Иван нахмурился, начиная, наконец, понимать, зачем явился к нему этот неприятный человек. Нелидов был до того нагл и беспринципен, что не постеснялся прийти теперь в его дом и просить его о милостях. Воронцов напрягся и медленно отложил перо. Все ясно. Этот мерзкий человек не побоялся прийти к нему попрошайничать. Неужели у него совсем нет гордости? Да еще деньги предлагает! Гнев овладел молодым человеком, и он уже собрался прогнать вон наглеца Нелидова, но неожиданно в его голове появилась некая мысль.

Воронцов резко встал и, отойдя от стола, приблизился к камину, на котором стояли фарфоровые вазы в китайском стиле. Среди ваз, красовалась прелестная статуэтка обнаженной нимфы, выполненная в белом камне. Иван поднял руку, и его пальцы ласково провели по стану каменной девушки. Мысли молодого человека закружились, складываясь в нечто темное и ненормальное.

– Не знаю, послушает ли меня императрица, но… – Иван сделал театральную паузу. Он стоял спиной к Нелидову, а его глаза неотрывно ласкали статуэтку нимфы. – Вы знаете, Петр Иванович, – начал вновь Воронцов, не поворачиваясь.