Лайтларк

Они с Айслой были ровесницами. Однако у Селесты не нашлось ни Терры, ни Поппи, этакой умудренной жизнью наставницы, кто бы направлял и учил ее, – все из-за их проклятья.

И все же стелларианцы считались могущественными.

Терра убедила Айслу: поскольку они самые младшие, их и определят в жертву, чтобы исполнить часть пророчества. Только одна останется в живых.

Поэтому, когда она случайно переместилась прямо в замок правительницы стелларианцев в их новоземье с помощью своего звездного жезла, а та лишь посмотрела на нее и улыбнулась, с души Айслы как камень упал.

– Наверное, звездный жезл знал, что ты мне нужна, – скажет она Селесте много лет спустя во время одной из их многочисленных тайных ночевок.

– И что ты мне тоже нужна, – ответила тогда Селеста, крепко сжав ее руку.

Сестры. Это слово гораздо лучше и более емко описывало их связь, отношения, к которым Айсла не могла быть готова после жизни в одиночестве. Она любила Селесту больше всех. Даже больше, чем своих опекунш.

Конечно, вполне естественно, что Айсла открыла стелларианке свой секрет спустя три года после их знакомства.

Ради любви к подруге ей не хотелось лгать.

– Я пойму, если ты не захочешь больше работать вместе, – сказала Айсла. – Правда, Селеста. Я пойму.

Селеста крепко обнимала ее, пока они обе плакали. Проклятие Айслы все усложняло. Существовала большая вероятность, что другие правители узнают об этом во время Столетнего турнира и королева диких умрет, как только исполнится остальная часть пророчества.

– Нет, – прошептала стелларианка в плечо Айсле после долгой паузы. – Мы работаем вместе. Всегда.

Обхватив ее лицо ладонями, она посмотрела Айсле прямо в глаза и пообещала:

– Я буду тебя защищать. Мы преодолеем турнир и пройдем рука об руку всю нашу очень долгую жизнь.

Именно поэтому Айсла к ней прислушивалась – или старалась прислушиваться. Став ее союзницей, Селеста подвергла опасности себя и весь свой народ.

И теперь Айсла, возможно, разрушила их альянс.

– Прости меня, – повинилась она, стоя посреди комнаты Селесты и глядя в пол. Было уже за полночь, так что никто не услышал бы их шепота. Они почти не виделись, зная, что, если их застанут в комнате друг у друга, это положит конец тайному плану.

Но сегодня Айсла рискнула.

Селеста покачала головой. Вздохнула. Она заплетала свои серебристые волосы, просто чтобы чем-то занять руки. Подруга часто что-то теребила или перебирала, когда волновалась. Накануне турнира Селеста, борясь со стрессом, связала целое одеяло, просидев над ним несколько часов подряд, пока Айсла наконец не спрятала от нее спицы.

– То, что сделано, уже не исправить, – спокойно сказала Селеста.

Воцарилось молчание, а в таких случаях Айсле всегда становилось не по себе.