Жемчужина Лабуана

Он был поражен силой чувства и преданностью этой девушки, готовой следовать даже на каторгу за своим женихом.

– Отвечайте же мне, – потребовала Ада, видя, что он молчит в нерешительности.

– Нет, это невозможно, мисс, – покачал он головой наконец. – Командир корабля не возьмет вас. Будет лучше, если вы вместе с дядей отправитесь в Индию, чтобы выхлопотать помилование для Тремал Найка. Достаточно будет ваших свидетельских показаний, чтобы освободить его.

– И в самом деле, Ада, – поддержал его лорд Гвиллок. – Если я один отправлюсь в Калькутту, я не смогу без тебя, как главного свидетеля, спасти твоего жениха.

– Но я не могу после всего пережитого снова расстаться с ним!.. – воскликнула она, разражаясь рыданиями.

– Ада!.. – страдальчески воскликнул Тремал Найк.

– Ваша светлость, – сказал Сандокан, подходя к радже, – могли бы вы на пять минут предоставить мне свободу?

– Что вы собираетесь делать? – спросил Джеймс Брук.

– Я хочу убедить мисс Аду последовать за лордом Джеймсом.

– Тогда, пожалуйста.

– Но ваше присутствие… Я хочу говорить свободно, без свидетелей.

– Хорошо. Но предупреждаю вас: вся бухта окружена – побег невозможен.

– Я знаю это. Пойдемте со мной, друзья.

Он вышел из полуразвалившегося сарая и остановился у самой ограды форта.

– Слушайте меня, друзья, – сказал он. – У меня есть еще в запасе немало средств, которые заставят раджу побледнеть, когда он познакомится с ними. Мисс Ада, лорд Джеймс…

– Нет, не «лорд Джеймс», зовите меня дядей, Сандокан, – сказал англичанин. – Вы тоже мой племянник.

– Хорошо, дядя, – сказал Тигр взволнованно. – Мисс Ада, не настаивайте больше на том, чтобы последовать за вашим женихом на остров Норфолк. Попытаемся лучше добиться от раджи, чтобы он удержал Тремал Найка в Сараваке до тех пор, пока власти в Калькутте не возобновят процесс и не решат его судьбу.

– Но это будет долгая разлука, – сказала Ада.

– Нет, мисс, короткая, уверяю вас. Мы добьемся этого от раджи, чтобы выиграть время.

– Что вы хотите сказать? – спросили Тремал Найк и лорд Гвиллок.

Улыбка показалась на губах Сандокана.

– Ах! – сказал он. – Вы думаете, я не знаю, что ждет меня в Калькутте?.. Англичане слишком ненавидят меня, я вел с ними слишком жестокую войну, чтобы надеяться, что они оставят мне жизнь. Но я не хочу еще расставаться с ней; я еще вырвусь на свободу, буду снова бороздить моря, я еще увижу мой дикий Момпрачем.

– Но как это сделать? На кого ты надеешься? – спросил лорд Гвиллок.

– На племянника Муда-Хассина.

– Султана, свергнутого Бруком?

– Да, дядя. Я знаю, что он поклялся отвоевать трон, и он не отступит от своего намерения.

– Чем мы можем помочь? – спросила Ада. – Вам я обязана своим спасением, и вам буду обязана свободой Тремал Найка.