Куплю твою жизнь

И прихожу в себя ещё пару минут, сжимая пальцами матрас со всей силы.

Не разобрать, глаза отрыты или нет. И так и сяк результат один — темнота.

— Что ты творишь, Сабуров? Тебе ещё лежать нужно. Ты едва не скончался от геморрагического шока! — Дени нервничает, волнуется за меня. Как врач знает больше, а потому опасается сильнее.

— Тише, — прошу, — не так громко. Сделай что-нибудь, чтобы я не сдох в ближайшее время. Нужно её найти.

— Отправь своих людей. Они справятся, — чуть спокойнее отвечает товарищ, — мёртвым ты ей не будешь нужен.

А я не уверен, что нужен ей и живым.

Когда тёмная пелена прояснилась, я поднял на друга взгляд. Он год как сыграл свадьбу, и жена не так давно родила. Может, следующий довод окажется весомее.

— У неё мой сын, — произношу так, будто пытаюсь убедить сам себя, что это единственная причина, по которой мне требуется её разыскать.

Но занимаюсь самообманом в который раз. Я даже не уверен, что Юрасов мне не соврал. И всё равно хочу её найти. Увидеть вновь. Ещё не понимаю зачем. Убить или спасти. В любом случае не Ямадаевым решать её судьбу.

Дени выдыхает. Быстро соображает, что к чему, уже не задавая лишних вопросов. Трёт уставшее лицо руками.

— Есть одно сильнодействующее средство. Его применяют военные в случае получения огнестрельной раны на задании. Только знай, что потом будет ещё хуже, чем сейчас. Придётся вернуться в больницу.

Киваю.

Через пару часов полегчало. Состояние было похоже на похмельный синдром. В общем, терпимо. Голова болела, но мозг при этом работал чётко.

— Что-то известно о Серафиме? — задаю вопрос Зелиму, пришедшему в мою палату, пока мне делали перевязку.

Он нервно сглатывает, наблюдая за действиями медсестры. Не поднимая на меня глаз.

— Где-то час или полтора назад нашли тело её охранника на дороге.

Смотрю на него, ожидая продолжения. Сердце замерло в груди, перестав биться.

— Похоже, она успела скрыться.

Эти слова совсем не звучат уверенно.

Зелим раскопал всё, что мог, про её погибшего телохранителя. За день успев наведаться ко всем его родственникам. Вариантов осталось мало.

Нашли её пристанище в ночи. Нутром чуял, что Мураз рядом. Охотится.

Вышел из машины и постоял недолго, вглядываясь в окна.

Теперь, когда её жизнь и жизнь ребёнка под угрозой, сознается? Сообщит мне правду, понимая, что я единственный человек, который может её спасти?"

"Я испытывал злость на неё. За её враньё. Знал его истоки, думал даже, что понимаю его причину. Но всё сводилось к тому, что она принимала меня за чудовище. Такое же, каким был мой отец. Неужели за время нашего знакомства она так и не смогла понять, что я из себя представляю?

Или я зря принял на веру слова Юрасова и ребёнок не имеет ко мне никакого отношения?

Когда мой человек обследовал дом и нашёл Серафиму, я застыл.