Куплю твою жизнь

Убьёшь меня и не успеешь оглянуться, как её не станет.

По коже проходят холодные мурашки. Жмурюсь, встряхиваю головой и разжимаю окаменевшие пальцы.

Юрасов сползает по мрамору на землю. А я смотрю на него, как на грязь под ногами. Тяжело дышу. Внутри смерч. Смесь радости, злости, надежды и страха. Страха, что лжёт. Слишком дурманит разум подсунутый мне под нос опиум. Страха, что говорит правду.

Опускаюсь на корточки, чтобы видеть его лицо.

Если он говорит правду и Серафима скрыла от меня ребёнка, я её убью. Не сдержусь. Выдыхаю горячий воздух из лёгких, отлично понимая, что обманываю себя.

Уже решил, что оставлю Юрасова в живых. Пока. Сначала заберу из его дома Серафиму и ребёнка. А потом — посмотрим.

Достаю из наплечной кобуры оружие, снимаю предохранитель и вжимаю дуло в его щёку.

— Давай, покайся, хрен старый. Очисти душу перед смертью, — обращаюсь к нему сквозь стиснутые зубы, — у тебя что-то было с Серафимой?

Если она не делила с ним супружеское ложе, значит, не всё потеряно. Значит, преподам ей урок, дождусь, когда сознается, и у нас может появиться второй шанс. Если она ещё что-то чувствует ко мне…

Пытаюсь глушить эту дурацкую, почти по-детски наивную радость, разлившуюся в груди.

Но Юрасов, вместо того чтобы выторговать себе жизнь, пока я пребывал в благостном состоянии, достал свой пистолет. И я ведь знал, что он с ним не расстаётся. А тем более в последнее время.

Наш диалог выбил меня из колеи, заставив потерять нюх. Расслабиться. Решить, что почти всё позади. Что напряжённость минувшего года потихоньку убывает. И всё это после короткого, но такого содержательного разговора.

Упустил момент, когда он направил на меня дуло. Лишь услышал спускаемый курок и получил пулю в живот. Острая боль сковала мышцы, внутренности, разлилась по телу, вызывая дезориентацию.

Сам не заметил, в какой момент в пылу схватки мой палец соскользнул с курка. Одно неловкое движение — и мозги Юрасова окрасили землю и надгробие.

Глава 69

Поднялся на ноги, ощущая, как быстро кровь покидает тело, а та, что ещё осталась во мне, бьётся в бешеном пульсе в висках, руках. Дрожью пробирая весь организм. Рубашка полностью пропиталась красным. Снял её, приложив к ране, чтобы не оставлять после себя кровавые следы.

Каждый шаг давался с трудом, на лбу проступила испарина, а звёздочки, мерцающие перед глазами, мешали смотреть вперёд.

К сегодняшней встрече я готовился. Поэтому за пределами кладбища меня ждали люди, которые «подчистят» за мной.

С трудом перебирая ногами, покинул это место и рухнул, едва завидев свои автомобили. Что происходило дальше, не помнил. Невыносимая слабость сковала тело, парализуя. Тьма накрыла с головой.

Сознание вернулось всего на пару минут, когда меня доставили в больницу. Надо мной навис мой старый друг и врач.