Казачья кровь

И прежде чем сделать следующий шаг, нужно тщательно проверить пол, стены и потолок.

– Похоже, вы уже видели нечто подобное, – протянул Ильяс, с интересом поглядывая на мастера.

– Я многое видел, – загадочно усмехнулся Лю. – Но не обо всём могу рассказывать.

– Вы сказали, лабиринт предназначен отбирать достойных. Но ведь человек может ошибиться.

– Достойный не может. Это испытание не только силы.

– А чего ещё? – тут же последовал вопрос.

– Духа. Только сила, укреплённая духом, сможет пройти все ловушки и преодолеет все хитрости.

– Вы говорите о состоянии концентрации? – уточнил Гриша, внимательно ловивший каждое его слово.

– Ты понял, – кивнул мастер. – И помни, не всегда то, что ты видишь, на самом деле является тем, чем кажется.

– Это как?! – не сдержал удивления Сёмка.

– Помнишь, как я учил тебя видеть ауру предметов и людей? – повернулся к нему Гриша.

– Угу, – смущённо кивнул гигант. – Такое забудешь.

– Ну, вот об этом мастер и говорит, – не сдержал улыбки Гриша, припомнив некоторые эпизоды обучения Сёмки.

– Похоже, это была занимательная история, – заинтересовался Ильяс. – Расскажешь?"

"– Пусть сам рассказывает, – кивнул Гриша на Сёмку. – Это в первую голову его касается.

– Поделись, Семён. Дорога долгая, а молча ехать скучно, – пристал Ильяс к гиганту.

– Опять ржать, как кони, будете, – пробасил Сёмка, покраснев как варёный рак.

* * *– М-да, такой булыжник рухнет, и не приведи Господи внутри оказаться, – мрачно протянул Ильяс, рассматривая огромный валун, нависавший над узким входом в пещеру.

К лабиринту они подошли во второй половине дня. Солнце ужа начало скатываться к закату. Аль-Хасани, так всю дорогу и двигавшийся молча в голове колонны, остановил верблюда и, ткнув пальцем в нагромождение громадных камней, негромко сказал:

– Это здесь. Лагерь разобьём вон там.

– Очень интересно, – высказался прапорщик, едва соскочив с седла и подойдя к камням. – Скальный выступ, полностью покрытый песком. Вот так посмотришь, и поверишь в то, что всемирный потоп и вправду был.

– А ты сомневался? – иронично поинтересовался Гриша, слезая с верблюда.

– Когда пойдёшь? – повернулся к нему Ильяс.

– Утром. С рассветом, – помолчав, ответил парень.

– Так под землёй всё равно темно будет, – развёл прапорщик руками.

– Новое дело с новым днём начинать надо.

– Очередное правило от предков?

– Именно так. И зря смеёшься. Предки не дурнее нас были. А в моём случае так и поумнее, – вздохнул Гриша, грустно улыбнувшись.

– Гриш, может, не надо? – тихо спросил Сёмка, подойдя к приятелю. – Не приведи Господь, обвалится какая каменюка, ведь не достанем. Сгинешь ни за грош.

– Надо, брате. Надо, – так же тихо отозвался парень, не отрывая взгляда от узкой расселины, на которую указал араб.