Крестоносец

– Вот как? И что говорят?

– Разное, моя Королева. – ответил лорд Рассел. – Марта хоть и признана законной дочерью Плантагенетов, но она не старшая в роду и прав на престол не имеет. Она лишь наследник. Ее же дед и дяди с кузенами вряд ли интересуются подобными вещами.

– У всех них просто нету такого супруга, – с едкой улыбкой пояснил Уолсингем.

– О да… – покачал головой лорд Рассел. – Этот Эндрю Палеолог оказался головной болью для всех вокруг. Каких-то семь лет назад он был нищим, а Великая Порта цвела, угрожая всем своим соседям и не только. Но дальше начались настоящие чудеса.

– А Эндрю проявил себя как очень решительный и находчивый человек с удивительной удачей, – добавил Уолсингем.

– И крепкой рукой, – заметил Роберт Дадли. – Про него ходят слухи, что он первый клинок Европы. Да и полководец без всякого сомнения одаренный.

– Его называют новым Цезарем, – кивнул Уолсингем. – Пришел, увидел, победил. Когда я узнал, что некто с двумя сотнями воинов сумел взять и сжечь Константинополь, населенный сотнями тысяч людей, то подумал – какой удивительный проходимец. Но позже, узнав об Эндрю больше сведений, передумал. Да, он, без всякого сомнения находчив и предприимчив выше всякой меры, но и не лишен таланта со здравым смыслом. Он провел две полевые битвы против многократно превосходящих войск и сумел блистательно их выиграть.

– Три, – поправил его Уильям Сесил.

– Что три?

– Сегодня я получил сведения о том, что он разгромил эмира Алеппо под Антиохией. Тот попытался напасть ночью, рассчитывая на свое численное преимущество. Но и сам погиб, и потерял очень много воинов убитыми, оставив своего наследника без войск. Эндрю его ждал и встретил.

– Вот как? Благодарю. Это только подтверждает мой вывод о том, что Эндрю – самый выдающийся полководец наших дней. Сильный не в сборе большого войска неотразимой харизмой, а в победах малыми силами. И, если бы он не был женат на Марте, то я бы смел его рекомендовать как лучшего супруга для Вашего Величества. Он без всякого сомнения сумел бы защитить мою Королеву и положить конец проблемам в Шотландии.

– Он не любит протестантов, – заметил лорд Рассел. – Его друг, Игнатий де Лойола[35], сейчас всячески распространяет идею Эндрю о «молитве делом». А она, по сути, всецело отрицает саму суть нашей веры.

– Не соглашусь с вами, – возразил Уолсингем. – Суть «молитвы делом» в том, что вера лишена смысла, если не подкреплена делами. В принципе это не противоречит ни учению Лютера, ни Кальвина. Ибо как мы сможем узнать крепость веры? Как мы можем узнать, что не пали жертвой самообмана или козней Лукавого? Сначала было слово, а потом дело. Всевышний и сам не ограничивался одними лишь словами.