Крестоносец

Равно как и артиллеристы, что, подхватив свои орудия за кожаные тягловые петли, отволокли их в сторонку.

Медленно.

Очень медленно кавалерия пересекла завал из убитых и раненых людей, растоптав там всех в фарш. Во всяком случае по вектору движения. После чего, перейдя на рысь, пошла вперед, стараясь догнать бегущих. И изрубить их.

Уланы, несмотря на задачу, прихватили свои длинные пики, но не снимали их с плечевой петли. Мало ли им встретится более-менее достойный противник?

И он встретился.

Эмир, когда понял, что терпит сокрушительное поражение, попытался отступить в лагерь. Он ведь не ожидал контратаки кавалерией. Когда же заметил ее, то резко все бросил и дал «ходу». Однако выйти из-под удара уже не успевал. Тут-то уланы пики свои в дело и пустили, а рейтары – карабины с тяжелыми длинноствольными пистолетами…

Старый армянин-торговец стоял возле жуткого завала трупов, который образовался у северных ворот лагеря. И как завороженный смотрел в лицо одного из мертвецов. Точнее в половину лица, так как вторую напрочь снесло чем-то…

– Ты на него смотришь, будто знал, – произнес подъехавший на коне Андрей.

– Так и есть. Знал. Таков удел торговца – знать.

– Ты не ушел.

– Ты не проиграл.

– Мы оба обманули ожидания друг друга.

Торговец поднял на него взгляд.

Перед ним находился воин в прекрасных западных латах, укрывающих все тело. Он гордо восседал на здоровенном жеребце, к которому-то и подходить было страшно. Причем жеребец этот тоже был прикрыт латами. И они оба с ног до головы казались забрызганы кровью.

Жутковато.

Однако лицо, что смотрело на него через открытое забрало, было спокойно. Можно даже сказать умиротворено.

– Ты знал, что победишь, – не спрашивая, но утверждая, произнес торговец.

– Я бы мог даже ставки на это делать. Как однажды заметил один умный человек – в таких вещах невозможно ошибиться. Если ты выиграешь, то получишь очень много денег. А если проиграешь, то тебе будет уже все равно.

– Какой лукавый человек…

– Да. Поэтому я так не поступил. Предпочитаю вести дела честно. Ибо добрую репутацию легко измарать и очень сложно заработать. А слово человека, хоть раз уличенного во лжи, более ничего не стоит.

– Это так, – улыбнувшись лишь одними глазами, ответил старик. – Империя – это люди. И как люди станут доверять тому, кто лжет? Я правильно тебя понял, Император?

– Ты правильно меня понял, торговец…

Глава 6

1559 год, 12 июля, Лондон

Елизавета I Тюдор королева Англии и Ирландии металась по просторному помещению постоянно заламывая себе руки, и закусывая губы. А на ее рабочем столе лежала копия энциклики Папы. Той самой, которая признавала Марту княгиню Антиохии законной дочерью из дома Плантагенетов по прямой мужской линии.

Это был для нее удар.