Крестьянка в наказание

Девушка, покажи мне своё плечо, — вернулся к своему приказу господин, поворачиваясь ко мне и протягивая руку, чтобы поднять с пола.

Я поползла на заду, стараясь избежать любых его прикосновений, в ужасе думая, сейчас меня заставят-таки раздеться… Да ни за что!

Батюшка поднял и задвинул за широкую спину.

— Господин хороший, ты что ж себе позволяешь?! Что творишь-то?!

— Мне надо посмотреть её плечо, — решительно проговорил господин. — Я должен это сделать!

Он повёл в мою сторону рукой и плечо опять обожгло. Схватилась за него, стараясь не выглянуть из-за батюшкиной надёжной спины. Батюшка обернулся, услышав всхлип.

— Негоже это, господин, — повернулся к гостям. — Девку позорить…

— Мы не собираемся её позорить. Мы хотим всего-навсего осмотреть плечо, — прервал господин, покосившись на стоявшего у дверей недовольного стражника, с какой-то брезгливой гримасой взиравшего на всех нас.

— Не дамся! Батюшка, не дамся! — всхлипнула, чувствуя — на глазах закипают слёзы унижения.

Слёзы полились по щекам, едва вспомнила, попытку солдата разорвать ворот платья…

Батюшка решительно подвёл к столу, ухватил нож и одним движением разрезал рукав!

Ох! Заплакала ещё горше — это же почти новое платье. Всего два раза надела и теперь оно испорчено!

Тем временем батюшка раздвинул ткань и повернул меня к гостям.

Сквозь слёзы рассмотрела — на плече светится ожог в виде странной руны, заключённой в витиеватый круг.

— Собирайте вещи вашей дочери. Завтра с утра она должна будет уехать с нами.

— Не пущу, — решительно выпрямился батюшка во весь свой рост. — Господа хорошие, вы что ж творите? Я девку с вами не отпущу!

Господин посмотрел на него внимательно и решил снизойти до объяснений.

— Ваша дочь невеста герцога Отеро.

Батюшка ажно отшатнулся. Я ухватила его за руку и прижалась крепче. Что такое говорит этот человек?!

— Так решено Судьбой. Завтра мы её забираем и отвезём в столицу, где состоится бракосочетание!

— Ну уж нет, господин хороший, — батюшка аж задохнулся от возмущения. — Дочь свою на поругание не отдам!

Господин полыхнул глазами.

— Какое поругание?! Она станет герцогиней!

— Нет, господин хороший, что бы ты ни говорил, а дочь свою не отдам! Вы её увёзёте, а у меня трое детей останется. Малую вон, замуж выдавать надо, сына женить, у Руланки второй скоро будет… На детей позор ляжет — девку отдали в чужие руки!

— Вам заплатят хороший выкуп, — рявкнул господин.

— Ещё лучше, — в ответ рявкнул батюшка. — Что б я свою дочь продал? А вы её по рукам пустите? Не бывать тому! Пусть ваш герцог приезжает и забирает её, но через храм! Иначе не отдам. Хоть убивайте всех нас!

Господин стиснул зубы и сжал кулаки, на миг показалось — камень сейчас раскрошится в руке.

— Хорошо! — решился он.