Крепость большого леса

 – Чем больше мы узнаем о прошлом Демонов, тем быстрее обезопасим себя.

– Вот тебе! – ухмыльнулся Костя, показав Мерадзе язык (хотя тот на него не смотрел). – А ты всё – делом заниматься, делом… обеспечение безопасности – не дело?

– Болтун! – рассмеялась Вероника.

«Дирижабль» поднялся повыше, разматывая спираль вокруг кратера.

Распахнувшаяся даль заставила всех замолчать. Масштабы Большого Леса до сих пор потрясали воображение людей, и даже не особенно уважавший эстетику природы Мерадзе примолк, ощутив присутствие огромной растительной разумной системы.

«Птеродактилей» по-прежнему нигде не было видно, и Сергей Макарович разрешил пилоту лететь к шахте.

Искали её недолго. Максим подробно описал её местонахождение, что позволило Мерадзе не тратить много времени на поиски.

«Дирижабль» завис над «птичьим глазом» в окружении кольца «мангров» и «платанов», затем начал медленно опускаться в центр «зрачка», выросшего в пятидесятиметровую дыру.

– Здесь точно был Жюль Верн! – вдруг заявил Костя.

– С какого бодуна? – не понял Мерадзе.

– Человек не в состоянии придумать ни одного объекта, не существующего в природе. Так называемое воображение является лишь феноменом памяти предков, воскрешающим то, что когда-то было реализовано. Не помню, кто первым предложил эту аксиому. Жюль Верн не придумывал пушку, описанную в романе «Из пушки на Луну», с её гигантской шахтой-стволом, он просто вспомнил о существовании этой пушки, которая была сооружена здесь, то есть в другой вселенной.

– Ты серьёзно? – наивно удивилась Вероника.

– Зря, что ли, кто-то вывел формулу: история повторяется трижды, первый раз как трагедия и пару раз – для тупых.

Мерадзе рассмеялся.

– При чём тут пушка? – недоверчиво проговорила девушка."

"– В Большой Вселенной всё всегда повторяется. Здесь сделали гигантское орудие, Жюль Верн вспомнил сей факт, написал роман, немцы даже начали строить во время войны… вот вам и доказательства.

Сергей Макарович улыбнулся.

– Интересно у тебя повёрнуты мозги.

– Так ты сочиняешь?! – возмутилась Вероника.

Костя расхохотался.

– Я всего лишь немного преувеличиваю. А что, разве такого не может быть?

– Сказочник! – фыркнул Мерадзе. – Тебе бы романы писать.

– Вернёмся домой, обязательно напишу, – пообещал развеселившийся молодой человек.

Дирижабль окунулся в сумрак жерла шахты, сгущавшийся по мере погружения до тех пор, пока перестали быть видимыми её стенки.

– Прожекторов этот баллон не имеет? – поинтересовался Сергей Макарович.

– Бог его знает! – ответил Мерадзе. – Здесь ведь нет ни руля, ни панели управления, рукояток и кнопок. Три колечка перед глазами и всё. А на мысленные запросы комп не отвечает.

– Я ничего не вижу.