Красное на красном

Тебе за одним столом с Колиньярами сидеть – и то зазорно…

– Я дал слово, – примирительно сказал Дик, – и ты же сам меня водил на петушиные бои.

– Это совсем другое дело! – возмутился Реджинальд. – Там думать надо, я бы тебе на безнадежного петуха поставить не дал, а кости – игра для дураков, да и сплутовать там легче легкого. Откажись!

– Невозможно! Эстебан скажет или что я струсил, или что у меня нет денег.

– Но у тебя в самом деле их нет.

– Я могу проиграть десять таллов, обещаю тебе – не больше.

Дикон проиграл сорок два – все, что у него было. Может, новичкам и везет, но для Окделла судьба сделала исключение. Он выиграл лишь в самый первый раз, а потом все полетело в Закат. Юноша бросал и бросал кости, надеясь, что рано или поздно удача повернется к нему лицом, но выигрывал банк, который держал Эстебан. Не везло не только Дику, но и другим рискнувшим ставить против наследника Колиньяров. Наль гудел над ухом, то уговаривая прекратить игру, то намекая, что банк не может выигрывать с таким постоянством. Сам Реджинальд, как и Северин, от игры воздерживался. Какой-то рыжий молодой человек за одну игру просадил тридцать таллов, махнул рукой и, насвистывая, вышел. Ричард собрался последовать его примеру, но кузен слишком громко запричитал о бедственном положении Надора, а остальные, как назло, примолкли, и последняя фраза кузена повисла в полной тишине.

– Предлагаю всем бедным, но гордым выйти из игры, – усмехнулся Эстебан, и Дик решительно взялся за кости. На этот раз ему повезло, и он немного отыгрался, потом повезло чуть больше, и юноша вернул восемнадцать таллов из проигранных сорока двух.

– Хватит, – потянул его за руку Наль, – пойдем. Уже поздно, тебя ждет маршал… Он будет недоволен…

– «Он будет недоволен и отрежет тебе что-то…» – запел фривольную гвардейскую песенку Северин.

Дик со злостью выдернул руку. Кузен захлопал глазами, зрители засмеялись, а Эстебан вежливо поинтересовался, продолжает ли герцог Окделл игру.

– Да, – бросил Дик, стараясь не смотреть в сторону Реджинальда. Он выиграл, но это было в последний раз, затем Ричарда подхватил черный поток. Отыгранное золото кончилось, но остановиться юноша не мог. Денег больше не было, и он поставил Баловника.

– Ты понимаешь, что творишь? – завел свое Наль. – Это же конь из Надора! Что ты скажешь матушке? На чем станешь ездить? Я… Я как старший запрещаю тебе дальше играть!

– Запрещаешь? – Наль говорил слишком громко, что ж, сам виноват. – А кто ты такой?! Я – глава рода, я, а не ты и не твой отец. Что хочу, то и делаю!

– Ты позоришь нас всех!

– Не слушайте его, герцог, – встрял кто-то незнакомый. – Это толстые и трусливые поросята всех позорят, а вы держитесь как настоящий дворянин. Еще немного, и дева Удачи оценит вас по заслугам.