Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Слегка наигранно – развеселая Мария быстро рассеяла грусть подруг. Через минуту они дружно хохотали над очередной ее хохмой.

Мимо проходили степенная Роконоца с неизменной своей подругой Ксенексолцей, укоризненно глянула на свою дочь, дескать: «Чего хохочешь, веди себя прилично». Ирини, а вместе с ней и подруги притушили свой смех. Но Мария снова пустила свою шутку, уже о стариках и все трое сидели с трудом глушили свой смех. Серьезный Эрик отошел к своим друзьям.

Ирини уселась между Марией и Эльпидой. Вместе с Хильдой подруги доложили ей все последние новости, а также, что представляли из себя новые лица, которых было не так уж много. Свадьба была уже в полном разгаре. Жених явно подвыпил. Невеста сияла своей красотой и бросала скромные взгляды на гостей, когда они обращались к ней. Мария, кивнув в ее сторону, тихо сказала Ирини:

– Ох и вредная у твоей золовки свекровь, эта Корцала.

– Не приведи Господь! – вдруг подтвердила Эмма.

– А что так? – полюбопытствовала Ирини.

– Чуть, что не по ней – съест с потрохами. Ужас! – возмущалась Хильда. – Я как – то с ней сцепилась в магазине и не рада была. Ушла поскорей, а она мне вслед сыпала проклятья. Представляешь? С греками она еще ничего разговаривает, а немцев за людей не считает.

Она с обидой посмотрела в сторону Корцалы. Та сидела в цветном платье с белым кружевным воротничком. Глаза смотрели настороженно и серьезно.

Неестественно – белое, кое-где в коричневых старческих пятнах лицо все еще выказывало следы былой красоты.

– А так смотрится симпатичной бабкой, – обронила Ирини.

– А я бы сказала – противная уродина. Твоей матери столько же примерно лет, а посмотри, какая симпатичная, – кивнула Эльпида в сторону Роконоцы.

– Да, если не считать ее совершенно седую голову, то да – мама смотрится красавицей.„и Ксенексолца хорошо сохранилась. Ничего наших гречанок не берет!

– А моя мама, сдала. А ведь была, как цветочек.

– А где она?

– Здесь должна быть…, – Эльпида завертела головой. – Юрик, где яяка? – спросила она сыночка. Тот тоже завертел головой, но не обнаружил ее. Эльпида не спускала с него своих любящих глаз.

– Значит – Корцала еще та стерва…

– Да уж… Вообще-то, говорят, что раньше она была помягче, но после трагедии с Женей, ее дочкой, совсем остервенела.

– А что с Женей? Я ее знаю, хорошая девчонка. Что с ней случилось? – поинтересовалась Ирини.

– Не знаешь?

– Откуда ей знать, – вмешалась Ксенексолца. – Ирини, как раз только уехала отсюда.

– Ах, да… Да… да.

У Эльпиды Юрик запросил воды.

– Ну расскажите, как было, – попросила она Ксенексолцу с Хильдой и занялась сыном.

– Ну что рассказывать? Полюбила эта Женя Ваньку Ставриади. А он только женился. Жена беременная была, но еще работала, кантарила зерно на Элеваторе.